Показ литературно-музыкального перфоманса творческого объединения mader nort «идиот» из серии «больная тема», посвящённой литературным образам сумасшедших, больных, юродивых героев, которые выполняли особую сакраментальную функцию носителей неудобной правды и мерила того, насколько обезумел мир вокруг них, состоялся 8 октября в Театральном музее.
Роман Достоевского для создателей перфоманса является поводом собрать в единое повествование калейдоскоп личных ассоциаций с образом потерянного маргинала и дивергента, убежденного в своей инаковости и избранности, живущего не в начале XX-ого века подобно героям Достоевского, а в начале XXI-ого. Пианист Владислав Фёдоров задает тон Фантазией ре минор (К. 397) Моцарта. Затем актер Алексей Кормилкин в ярком свете прожектора разрушает выстроенное интимное пространство мемным монологом «Идущего к реке», да тем самым про слияние с бесконечно вечным. Он, конечно, не Мышкин, но — читатель Достоевского. В его авоське доширак, пара книжек, чай, на столе граненые стаканы в подстаканнике — мы в поезде. Образ дополняет психоделическая баллада группы «Химера» «Пётр» в исполнении вокалиста Сергея Ваганова и гитариста Андрея Карамзина.
В поезде неизбежна встреча с попутчиками. Кормилкин не Мышкин встречает вокалистку Арину Зайцеву не Парфёна Рогожина и не Настасью Филипповну, но тоже читательницу Достоевского: в ее сумке томик «Идиота» и бутылка водки. В принципе, декорации для запланированного следующим перфоманса по поэме «Москва-петушки» Ерофеева можно и не менять. Попутчики обмениваются любимыми цитатами из романа, звучат «Элегия» Введенского на музыку Владислава Фёдорова, «Хожу и гажу» Вени Д’ркина. Певица читает текст, цитирующий размышления Бердяева об «Идиоте», выпивает залпом полбутылки водки, уходит. Не Мышкин остается один, декламирует Никонова, допивает водку, падает, его выносят под бурные овации зрителей.
«…Живёте, чтобы заработать
и отдыхать в субботу,
ужравшись пивом в кабаке…
А у меня зажаты в кулаке
все тайны мира и звезда,
и если бы вы видели меня, когда
я это понимаю…
тогда б возможно…
Конечно, нет!..»
«Стих, который я не хотел включать в сборник», Лёха Никонов
Все выбранные авторами тексты вторят друг другу. Монолог «Идущего» и стих Никонова болезненно идентичны. Если сравнивать лирических героев этих текстов и героя Достоевского, то мы увидим, что светлый ангел прошел через мясорубку XX-XXI веков, пережил смерть бога, впал в дионисийский кураж, все еще противопоставляет себя обществу потребления и жаждет одновременно забвения, изгнания и возвращения в рай, но ничего из этого ему не светит.
Текст и фото: Александр Шек
