11 августа на площадке «Мастерской Назаровых» был показана летняя премьера Полины Айрапетовой «Любовью не шутят» с молодыми актерами по одноименной пьесе Альфреда де Мюссе. Это трагикомедия о влюбленных, которые так заняты желанием произвести впечатление, что не могут разобраться в своих чувствах. Но критика самопрезентации отходит на второй план под напором неподдельных эмоций героев.
Название «Любовью не шутят» отсылает к жанру «драматической пословицы» (comédie-proverbe) — коротких пьес, которые разыгрывали в аристократических гостиных. Небольшая площадка «Мастерской Назаровых» словно возвращает спектакль в камерное пространство салона, создавая ощущение приватности. Сцена устроена как подиум на модном показе: 40 зрителей сидят вокруг красной дорожки. В её начале — бутафорский сад: слева увитая искусственной зеленью беседка с синей скамейкой и большим зеркалом в золочёной раме, справа — фонтан на постаменте с горшечными цветами. Художник спектакля — Полина Айрапетова.
Режиссёр следует сюжету. Пердикан (Елисей Бобров) возвращается в отцовское поместье, где барон (Александр Мильшин) собирается женить его на кузине Камилле (Александра Веселова/Елизавета Суменова); вокруг них суетятся наставники — чопорная мадам Плюш (София Мануилова/Салиха Юсупова), выпивающий мэтр Блазиус (Алексей Смирнов) и священник-невежда Бридэн (Александр Самсонов/Никита Мокрецов). Но воспитанная в монастыре Камилла отказывает Пердикану, и молодые люди начинают проверять чувства друг друга, втягивая в свою игру крестьянку Розетту (Арина Сухорукова/Рина Назарова). Когда они понимают, что всё-таки влюблены, Розетта слышит их объяснение и умирает, а герои прощаются навсегда.
Почему герои так ранят друг друга? Альфред де Мюссе винит «болезнь века» — разочарование в отношениях, от которого защищаются бесчувственностью. Режиссер считает «болезнью XXI века» страсть к самопрезентации. Она использует сквозной приём: выход каждого персонажа — это дефиле, а красная дорожка — место демонстрации «лучшей версии себя». Комизм усиливается контрастом сценических образов с оригиналом. У де Мюссе барон — самодовольный аристократ, на сцене — румяный либертин в цветочном фраке; престарелая набожная мадам Плюш превращается в женщину-вамп в чёрном, а её выход — в соблазнительный танец.
Первая встреча Пердикана и Камиллы — хореографический этюд на красной дорожке. Он — небрежный метросексуал в пиджаке и жабо, она — синий чулок в глухом платье. Каждую попытку Пердикана приблизиться Камилла встречает почти бойцовскими движениями. Оба больше заняты тем, какое производят впечатление, чем друг другом.
Пьеса строится как цепь комических ситуаций: подслушанные разговоры, перехваченные письма, тайные свидания. К финалу настоящие чувства разрушают мнимые образы героев. В сцене объяснения Пердикан напряжен, ему не до шуток. Камилла — с распущенными волосами, в красно-чёрном кружевном дезабилье. Вместо пансионерки перед нами соблазнительница, которая ластится к возлюбленному в танце.
И только бедняжка Розетта не меняется. Ровесница Камиллы, она радуется красивым чепчикам и с инфантильной наивностью верит Пердикану. Розетта не пытается разобраться ни в своих чувствах, ни в происходящем. Юная крестьянка — игрушка в руках героев, и даже её погребение напоминает похороны куклы.
Эмоции персонажей выплескиваются через край, а их пластика — на грани клоунады. Это смешно и очень обаятельно: искренность и энергетика молодых актеров подкупают. Спектакль оставляет редкое светлое ощущение и напоминает: у каждого века своя «болезнь», но человеческие чувства берут верх.
Текст: Марина Левен
Фото: Саша Филимонова