4 и 5 сентября в ДК Выборгский прошли гастроли Московского государственного театра «Ленком Марка Захарова». Театр привозил недавнюю премьеру — «Репетиция оркестра» — спектакль, вдохновленный фильмом Федерико Феллини в постановке художественного руководителя театра Владимира Панкова.
Спектакль объединил в себе все поколения легендарного ленкомовского коллектива, а накануне юбилейного, сотого сезона это особенно ценно. Вот что сам режиссер говорит о выборе материала для своей первой постановки в качестве худрука: «Спектакль «Репетиция оркестра» — это начало нового пути, но в то же время шаг, направленный на развитие и приумножение памяти об уже проделанном блистательном творческом пути театра «Ленком». Чтобы настроиться друг на друга, найти общее гармоничное звучание, и был выбран этот материал: режиссерский язык Феллини очень резонирует с творчеством Захарова. И сам Марк Анатольевич очень ценил этого кинорежиссера».
Феллини в своем фильме безжалостно подсвечивал вечные проблемы общества – жажда власти, разобщенность между людьми, неумение слушать, желание подчинить — что неминуемо приводило к краху взаимопонимания и краху мира. Но Панков, мне кажется, сконцентрировался больше на том, чего почти не было в итальянском фильме. На хрупкости внешнего благополучия, на том, как расстановка сил может измениться очень быстро, и, наконец, на том, что нас в ближайшем будущем может заменить пресловутый искусственный интеллект. На том, что на замену чему-то высшему может прийти роботизированное, фальшивое.
Глядя на сцену, нельзя считать эпоху и страну происходящего: стулья, пюпитры, экраны на стенах (художник-постановщик Алексей Кондратьев, видеохудожники Мария Линдер и Павел Гандель). По сюжету это церковь, пусть будет так. Сегодня в этой церкви должна состояться репетиция некоего оркестра, заснять ее приехала съемочная группа во главе с телережиссером (Иван Агапов) – в эфир готовится документальный фильм. Появляется переписчик нот (Александр Сирин), этакий проводник в закулисье музыкального мира, тот, кто знает все слабые и сильные места каждого музыканта, и тот, для кого дирижер – демиург и непререкаемый авторитет. За ним выходят оркестранты – экстравагантная пианистка в исполнении Анны Якуниной, энергичный концертмейстер первых скрипок (Максим Аверин), порывистый первый кларнет (Андрей Леонов), пьющая скрипачка (Анна Большова), трогательная первая флейта (Елена Шанина) и многие-многие другие.
Сцена заполняется, выход каждого артиста обыгран и обласкан зрительскими аплодисментами – в ленкомовской труппе много звезд. Нет смысла перечислять всех занятых в спектакле артистов, ведь участвует вся труппа, разве что у некоторых ролей два состава… Абсолютно ясно – оркестр – это человечество в миниатюре. Управляет им Господь Бог – дирижер (Андрей Соколов). Строгий, иногда жестокий и беспощадный, а на самом деле любящий всех этих глупых и несчастных «сукиных детей» и признающим за каждым личность, талант и божью искру в сердце. Все ждут его прихода, а пока занимаются выяснением отношений, настраиваются на работу и дают небольшие интервью – телережиссер просит каждого, кто хочет, рассказать о себе и своем инструменте. Так у каждого артиста получается свой выход, свой монолог, свое время, когда в центре внимания стоит он один, а все вокруг внимают. Разговорные сцены переплетаются с авторской музыкой и композициями итальянского композитора Нино Роты.
Среди оркестрантов выделяется арфистка (Александра Захарова) – она единственная одета не в повседневную одежду, а в сценическое платье – белое, воздушное, неземное. И говорит она не по-здешнему, как неземное существо из другого мира. Придя не репетицию, она говорит, что ей снилась белая лошадь, и это явно не к добру – здесь сразу возникает параллель с пьесой Жана Кокто «Орфей», где это животное символизировало дьявола. Сон оказывается для арфистки пророческим – из всего оркестра дожить до конца репетиции не суждено только ей…
С каждой новой сценой нарастает напряжение среди оркестрантов, приход дирижера только обостряет реакции, начинают раздаваться глухие удары извне церкви – как Божий гром, во время перерыва гаснет свет, музыканты устраивают революцию – они свергают дирижера и отрицают власть как символ несвободы. Звучит композиция «Оркестр террора», бушуют ветродуи, ноты летают над сценой и зрительным залом, стулья смяты к стенам, огромный маятник от метронома летает над сценой, все залито кроваво-красным светом, царит хаос, привычный мир разрушен еще до окончания репетиции. Но музыканты на то и музыканты – чтобы ни случилось, они, как люди любой творческой профессии, спасаются именно творчеством – репетиция продолжается и становится ясно, что дирижер, пусть даже это уже робот, продукт современности, выжмет из своей паствы все до последней капли сил, а оркестранты с радостью покорятся ему. Все на алтарь искусства.
Текст: Дарина Львова
Фото театра