Каждый человек играет в своей жизни несколько ролей. Высшая свобода для актера заключается в том, чтобы стать другим, а не играть в другого. Это преображение может привести к тому, что личность раскроет свой потенциал настолько сильно, что достигнет высшего пилотажа. Так и произошло с Юрием Мефодьевичем Соломиным (18 июня 1935 — 11 января 2024), который из роли адъютанта перешел в должность министра по культуре в самый сложный исторический период, когда само слово «культура» потеряло смысл в стране, где ваучеры и приватизация заменили духовные ценности.
17 июня на исторической сцене Малого театра состоялся предпремьерный показ фильма «Юрий Соломин. Служение», снятого, чтобы почтить память великого актера, сыгравшего множество достойных персонажей в кино и театре: Кольцова в сериале «Адъютант его превосходительства», Владимира Арсеньева в фильме «Дерсу Узала» Акиры Куросавы, который считал, что Юрий Соломин может «сыграть все», трактирщика-мечтателя в «Обыкновенном чуде», Фамусова в спектакле «Горе от ума» и других.
Но документальный фильм киностудии Малого театра, который любой желающий может посмотреть в открытом доступе Вконтакте в течение суток в день рождения главного героя, не рассказывает ни об одной из этих ролей, зато отражает совсем новую и неожиданную для многих поклонников артиста ипостась. По задумке режиссера Дениса Бродского фильм начинается с конца, но не жизни, а служения родине в должности министра культуры. В стремительно движущейся по Кутузовскому проспекту машине Юрий Соломин принимает ключевое решение: не возвращаться и уйти с поста: «Оставаться министром теоретического министерства не считаю возможным». Каким бы сложным ни было это решение, ему предшествовало очень многое: реконструкция храмов, помощь провинциальным театрам и самое важное — благодаря настойчивости, неожиданной для настолько деликатного человека, Россия закрепила за собой право распоряжаться культурными ценностями. В самый «разгар развала страны» Юрий Соломин высказывался о культуре и душе, верил, что, если продолжать вкладывать средства в культуру, нам на смену придут люди с таким чувством прекрасного, что мир преобразится.
Точка зрения создателей фильма, причем киностудии театра, который до сих пор многие считают «Театром Соломина», очевидна для зрителей: вклад министра Юрия Соломина в жизнь российского общества оказался не менее значимым, чем вклад актера Юрия Соломина. Атрибуты любого спектакля: игра и зрелище. Но культура не игра, культура, как отмечал автор книги о человеке играющем Й. Хейзинг: «возникает и развертывается в игре». Как бы ни пытались сотрудники разнообразных учреждений приравнять культуру к развлечению или, когда произошло объединение с министерством туризма, — к сфере услуг, эта интеграция иррациональна. Нельзя судить о ценности произведения искусства по его успеху у публики или по прибыли и нельзя сравнивать пространство театров с центрами торговли и развлечений. Как писал З. Фрейд в своей работе «Недовольство культурой», попытка мерить все деньгами приводит к тому, что «предается забвению многокрасочность человеческого мира и душевной жизни».
Конечно, сложно думать о душе, когда не удовлетворены даже базовые потребности. Но, если бы в конце восьмидесятых и начале девяностых о душе забыли совсем, вполне возможно, что театры превратились бы в магазины, а вместо бесплатных школ и библиотек были бы пункты выдачи товаров.
О том, насколько сильно Юрий Соломин чувствовал «ответственность за то, что происходит со страной» в интервью создателям фильма рассказывают люди, которые были рядом, например, заместитель директора Малого театра по творческим вопросам, заслуженный деятель искусств России Борис Любимов, главный режиссер Музыкально-драматического театра «А-Я», советник министра культуры Юрия Соломина Ирина Рудник, давний почитатель таланта Юрия Соломина председатель Следственного комитета Российской Федерации Александр Бастрыкин, со слов которого Юрий Мефодьевич был не только артистом, но и «патриотом, не на словах, а на деле».
Актеру Юрию Соломину приходилось совсем непросто тогда, когда пришлось принять на себя обязанности министра. Но выстоять помогала мысль: «Как я могу отказать, если надо спасать культуру? Если не я, то кто?». И он спасал на разных уровнях: на уровне страны, когда нужно было отстаивать суверенитет, и на уровне Малого театра, когда нужно было находить финансирование, организовывать гастроли в Ливию или Южную Корею и сохранять рабочие места даже в самые сложные годы.
Можно ли сказать, что кризис культуры миновал? Мир господствующего над всем товара, о котором писал Дебор, все еще пытается вытеснить идеалы высокой культуры или подменить фальшивыми ценностями. Тем важнее знакомство с линиями жизни таких великих людей, как Юрий Соломин, способных отстаивать, защищать, развивать и украшать вечное, вневременное театральное искусство.
Автор: Инесса Симакина