29 мая в Санкт-Петербург приехал Тигран Амасян со своим ансамблем, чтобы представить новый альбом Manifeste. Это стало большим событием: армянский пианист и композитор не выступал в Северной столице восемь лет.
С первых минут было понятно, что на концерт в “Аврору” пришла особенная публика. Люди, которые не просто хлопают в сильную долю, а действительно слышат ритм. Они качаются вслед за синкопами, телом проживают полиритмию и безошибочно следуют за неожиданными поворотами армянской мелодики. На концертах Амасяна зал становится частью музыкальной ткани.
Вечер открывала певица Рушана. Позже она присоединилась к ансамблю и стала солисткой в нескольких композициях основной программы. Прозвучали почти все пьесы нового альбома. Но и после этого музыканты не спешили уходить: на бис прозвучали еще четыре композиции.
Музыка Тиграна Амасяна всегда сопротивляется простому восприятию. Она синкопирована, полиритмична, насыщена сложными интонациями. Кажется, что ты наконец поймал сильную долю — и именно в этот момент возникает новый слой фактуры, который переворачивает все ощущение метра. То, что секунду назад казалось опорой, оказывается всего лишь акцентом. Настоящая сильная доля существует где-то глубже, в пересечении всех голосов ансамбля. Именно поэтому музыку Амасяна невозможно слушать фоном. Она требует постоянного внимания и каждый раз вознаграждает слушателя новым открытием.
Отдельным откровением стал Есаи Карапетян за синтезатором. Его партии были не сопровождением, а зеркальным продолжением рояля. Самые сложные пассажи он играл с Тиграном абсолютно синхронно — словно оба музыканта исполняли одну партию четырьмя руками. Эта почти невероятная ансамблевая точность производила не меньшее впечатление, чем виртуозность самого лидера.
В композиции Ultradance особенно отчетливо проявился главный принцип всего концерта. Взрывное ритмическое движение, плотная полифоническая фактура, стремительное развитие неожиданно сменяются почти беззащитной мелодической линией. Контраст здесь становится главным драматургическим приемом. Каждая новая волна энергии рождается из предельной нежности, а затем вновь превращается в ритмический вихрь. Еще сильнее этот принцип раскрылся в Dardahan. Здесь ансамбль буквально перестает делиться на инструменталистов и вокалистов. Все музыканты начинают петь, их голоса соединяются со звучанием инструментов, превращаясь в единый вокально-инструментальный организм. Этот скачкообразный клич одновременно кажется древним ритуалом и современной музыкальной конструкцией.
Финал концерта оказался неожиданно трогательным. Тигран начал петь The Fire Child. Мелодия совсем не проста: широкие интервалы, непривычные интонационные обороты, свободный ритм. Но весь зал подхватил ее практически безошибочно. Казалось, публика поет с той же интонационной точностью, что и сам Амасян. В этот момент стало очевидно: эти люди точно не прогуливали сольфеджио.
Тигран Амасян давно перестал быть просто выдающимся пианистом. Он создал собственную музыкальную вселенную со своими законами времени, ритма и гармонии. Каждый новый альбом становится не продолжением предыдущего, а открытием нового пространства, новой музыкальной метафизики. За такими художниками хочется идти. Потому что никогда не знаешь, что услышишь за следующей дверью. Но почти наверняка знаешь, что до него этого еще никто не играл.
Брави!
Текст: Ксеня Яснюк
Фото: соцсети