5-7 июня в БДТ прошли премьерные показы возобновленного спектакля «Счастье». «Оригинал» играли в Александринке с 2011 по 2021 гг. Режиссер восстановления – Лиза Дороничева, ученица Андрея Могучего, автора спектакля.
Пожалуй, работа режиссера восстановления (пока крайне редкое явление в нашем театре, но посмотрим, как там дальше) сродни мастерству художника по свету на выставке классической живописи: если ее не замечаешь, значит, выполнена она отлично. Спектакль выглядит живым, современным, ничуть не усталым и не подернутым пылью кулис (в том числе за счет обновленной анимации), и при этом кажется тождественным оригиналу. Тут надо отметить, что я смотрела «Счастье» на предпремьерных показах в 2011-м и вернулась к нему только 7 июня 2026. Но в памяти эти 15 лет он звучал довольно отчетливо: в детских постановках Могучий феноменально доходчив.
Именно с Могучего, за пару лет до «Счастья», со спектакля «Изотов» для меня начался драматический театр. В театр я, конечно, ходила и раньше, но зачем это нужно, поняла только на «Изотове». Более того, провалилась в «Изотова» с головой и, похоже, до сих пор выбраться не могу (что, конечно, не здорово, но вряд ли тут виноват режиссер). А на «Счастье» тогда впервые сформулировала для себя режиссерскую стратегию Могучего: вести сложным, извилистым путем к самым простым истинам. Только за счет затраченных в дороге усилий эти истины будут усвоены. Эта нехитрая мысль самым буквальным образом напомнила мне о себе 7 июня: «Благородная Душа Замкá» отказалась выпускать меня из дома – входную дверь заклинило. Спустя час заточения я ехала на такси через залитый солнцем центр города (вместо привычного пути на метро) и проверку проходил мой второй тезис: о том, что любимое место в Петербурге у меня – внутри спектаклей Могучего. И вот, вместо первого акта и акробатических трюков Фроси я смотрела на Петропавловку и Стрелку. Ко второму акту успела. Может, параллель здесь еще в том, что «Трех Толстяков» я предпочитала смотреть со второго эпизода, манкируя первым (в начале второго все равно есть пересказ).
В новое «Счастье» включиться тоже удалось легко: переродившиеся Души читают знакомый текст (в том числе про дорогу, непростую и некороткую), очень тепло видеть Павла Юринова Папой, когда помнишь его Тилем, неизменна Юлия Марченко – Фрёкен Свет (в БДТ в состав с ней столь же волшебная Варвара Павлова, но я рада была попасть на «родную» фрёкен). Поразила сочетанием подлинной детскости и профессиональной энергетической точности Ярослава Бехтерева в роли Митиль. Актриса (пока?) не в труппе БДТ, поэтому первой мыслью было, что нашли невероятную первокурсницу или абитуриентку, но нет, Ярослава – выпускница ВШСИ К. Райкина, ей 24 года.
Очарователен отряд бабушек и прабабушек во главе с Ниной Усатовой, отрадно видеть оркестровую яму в БДТ наконец-то используемой по назначению (дирижирует, как и 15 лет назад, Анна Вишнякова). Пожалуй, только Николая Сергеевича Мартона в роли Деда не смогут для меня заменить ни Анатолий Петров, ни Дмитрий Воробьев (оба выдающиеся и дорогие мне в других их ролях). У Мартона с Могучим был особый тандем, уже вошедший в историю театра. Жаль, что не будет дуэта Виктора Княжева и Гены Блинова Тобиком – Бобиком (кажется, в первом опубликованном распределении такая вероятность была, но в итоге оба артиста играют Тобика в очередь). Можно еще вспомнить, что первым Нерожденным братом (роль без слов на минуту от силы) был Тихон Жизневский, поэтому Добрыню Оболенского и Дмитрия Шумаева может ждать большое будущее.
Не знаю, какие там на самом деле были причины и предпосылки для восстановления спектакля, но у меня бы первым делом не поднялась рука уничтожить декорации Александра Шишкина, в которых он буквально превзошел сценический масштаб. На контейнере с ними должна появиться пресловутая надпись «Хранить вечно», которую Андрей Могучий выносил в заглавие своей выставки-спектакля в ЦВЗ «Манеж». Радостно, что пока декорации можно не хранить, а вновь дать им играть. Не вечно, конечно, но на еще одно поколение театралов должно хватить.
Текст: Лиза Ординарцева
Фото театра