«Солтбёрн»: Новый мистер Рипли

“Солтбёрн” – вторая полнометражная работа от автора радикально феминистской ленты «Девушка, подающая надежды» Эмиральд Феннел стала звездным часом для ирландца Барри Кеогана и новым кинохитом среди хипстеров среднего возраста, чья бурная юность пришлась на времена, когда чарты возглавляла группа «MGMT» с хитом «Time to Pretend», а за новой книгой о Гарри Поттере нужно было стоять в очереди. Мировая премьера фильма состоялась на 50-м кинофестивале в Теллурайде 31 августа 2023 года. 

История «Солтбёрна» разворачивается вокруг юноши по имени Оливер (Барри Кеоган) – выпускника Оксфорда из среды «синих воротничков», которому хочется «отбелить» свой воротник и добиться не только расположения, но и положения от однокурсника Феликса (Джейкоб Элорди). Режиссер в новой картине остается верна себе: затрагивает социально острую тему и нарочито эстетизирует ее, доводя до максимума понятия «красоты» и «безобразия», смешивая их и создавая иллюзию их полной слитности. 

Дебютный фильм «Девушка, подающая надежды» говорил об угнетенной и сексуализированной роли женщины в обществе, вынося приговор объективаторам и не давая аудитории надежды на возможную справедливость. Среди этого общественного ада разгуливала Кэри Маллиган в костюмах из секс-шопа и цветных париках. «Солтбёрн» же обращается к классовому неравенству и для визуального удовольствия публики демонстрирует английские пасторальные пейзажи и торс Джейкоба Элорди – восходящей звезды Голливуда…

Режиссер Феннел в «Солтбёрне» следует принципам визуальной стилистики, которые запатентовал канадский вундеркинд Ксавье Долан в своем фильме «И все же Лоранс». Соотношение кадра 4:3, узнаваемое музыкальное сопровождение из поп-музыки, занимавшей вершины чартов во времена молодости постановщика, и долгая экспозиция любой мизансцены, портрета или же панорамы – будь это кладбище в дождливый день, крупный план спящего героя или же масштабный костюмированный бал. 

«Солтбёрн» – это красиво, красиво и еще раз красиво. Здесь равно визуально привлекательны мастурбация, реки крови в уборной и обнаженный Джейкоб Элорди. Но это только форма, а по содержанию фильм четко следует канонам психосексуальной драмы, до конца не раскрывая мотив главного героя, искажая твисты и приводя к шокирующе неожиданному концу, заставляющему полностью переосмыслить манифест центрального персонажа, с которого и начинается повествование – «Я любил его. Не был влюблен, но любил». 

По словам режиссёра, история, рассказанная на экране, «основывалась на личном опыте, знакомом любому человеку, когда в определенный момент обожание кого-либо полностью захватывает вас». И эти слова наиболее точно отражают основную драматургическую канву «Солтбёрна», ведь «любовь» – понятие крайне субъективное, если дело касается личной выгоды, а в отношениях классово неблизких: Оливера из пригорода и Феликса – наследника фамильного особняка, это проявляется как нельзя ярче. 

Хотя среди многочисленных отсылок, встречающихся в фильме, среди которых «Заводной апельсин» и «Жестокие игры», не встречается ни «Талантливый мистер Рипли» Патрисии Хайсмит, ни «Возвращение в Брайдсхэд» Ивлина Во – эти две классические уже новеллы имеют с «Солтбёрном» общую структуру саспенса и атмосферу непреодолимых социальных границ между аристократами и пролетариями. Эротизм, присущий обоим новеллам, наличествует в каждой сцене «Солтбёрна», и возрастное ограничение «R» позволяет режиссеру обращаться к физической близости той или иной степени если не в каждой сцене, то через одну. 

Эротика и злодейство идут в «Солтбёрне» рука об руку и в финальной сцене сливаются в единое целое: обнаженный Барри Кеоган без купюр и хитрых ракурсов танцует на протяжении нескольких минут, воспевая торжество находчивости над аристократизмом и неотвратимостью уже пришедшего постпостмодернизма, который не отягощен категориями морали и нравственности, и почти перевёл чужую жизнь не просто в средство, а в функциональный инструмент достижения целей. 

После внезапной популярности «Солтбёрна» особняк в Нортхэмптоншире, выступивший основной съемочной локацией и объектом алчных мечтаний главного героя, стал местом паломничества фанатов, среди них нашлись и те, кто не побрезговал взломом и проникновением в частную собственность ради красивых фото для социальных сетей. А британская певица Софи Эллис-Бэкстор, пережившая пик популярности в начале нулевых, снова возглавила радиочарты с песней «Murder on the Dancefloor», под которую в кульминационной сцене картины и танцует герой Барри Кеогана. Этот трек стал одним из ключевых музыкальных номеров прошедшей 18 февраля церемонии BAFTA и вызвал у голливудских селебрити, прилетевших в Лондон, не меньшее удивление, чем ведущий Дэвид Теннант, который вместе с Софи Эллис-Бэкстор остается практически исключительно британской медиа-радостью. 

«Солтбёрн» уверенно занял почетное место в нише эстетского кино середины двадцатых годов. Для того, чтобы быть серьезной драмой на уровне «Я убил свою маму» или «И всё же Лоранс», картине не хватает оригинальной истории – все это мы так или иначе уже видели. А для кассового хита «Солтбёрн» слишком откровенен в своих поисках и последующем безапелляционном утверждении красоты грязной воды ванных комнат, окровавленного нижнего белья и будничной бессердечности испорченного юношества, которое оправдывает любой свой самый неблаговидный поступок. К тому же «Солтбёрн» содержит ряд таких чарующе красивых, но чудовищно аморальных сцен, что описывать их не представляется возможным. Тем не менее, лента Эмеральд Феннел – это добротный образец авторского кино, вроде «Талантливого мистера Рипли», которого, как известно, никому еще не удалось переиграть. 

На фоне бесконечных франшиз, перезапусков классических историй ради гендерного и расового разнообразия, любой хоть сколько оригинальный фильм становится событием, но «Солтбёрн» все же является чем-то большим, нежели проходной образец независимого кино. Благодаря тому, что строится он на весьма четко сформулированной позиции его автора – современное общество находится в таком упадке, что Марсианская впадина кажется не такой уж и глубокой, и визуальному воплощению, каждый скриншот из которого может стать отдельным постом в сервисе «Tumblr». Если и третий фильм режиссера Феннел будет снова касаться морального разложения, то не остаётся сомнений, что кинематограф обзавелся новым – радикальным в своих суждениях и экстравагантным в выборе формы, ярким автором.

Текст: Евгения Савкина 

Отзывы

Добавить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения