Вы здесь
Главная > Театр > «Пикник» Аррабаля: театр, где паника и любовь слились в единое целое

«Пикник» Аррабаля: театр, где паника и любовь слились в единое целое

Спектакль «Пикник», пасторальный фарс по пьесе Фернандо Аррабаля в постановке Театра Нового Зрителя «Синтез», был впервые показан на площадке театра ЦЕХЪ 29 января. Это история о Сапо, солдате неведомой армии на безымянной войне, окоп которого на выходных решили посетить его родители, сеньор и сеньора Тепан, чтобы устроить семейный пикник. Фамилия автора стоит в одном ряду с Беккетом и Ионеско, а тема пьесы близка нам сегодня куда более, чем бы того хотелось.

«Я мечтаю о театре, в котором соединились бы юмор и поэзия.
Паника и любовь сливались бы в единое целое.
Театральный ритуал трансформировался в opera mundi,
подобно фантазиям Дон Кихота, кошмарам Алисы, бреду К.,
в сущности, гуманоидным снам, которые навевает IBM-компьютер»

Ф. Аррабаль

Автор пьесы Фернандо Аррабаль родился в 1932 году, сейчас ему 90 лет. Насколько можно судить по информации в открытых источниках, последнее его сочинение было опубликовано в 2018 году — поэма «Сара и Виктор», посвященная отношениям Сары Бернар и Виктора Гюго. Аррабаль — испанец по происхождению, сценарист, драматург, кинорежиссёр, актёр, прозаик и поэт. Аррабаль — режиссёр семи полнометражных фильмов, он опубликовал более 100 пьес, 14 романов, 800 стихов, несколько эссе и знаменитое «Письмо генералу Франко», где рассказывает о жизни Франсиско Франко — правителя и диктатора Испании.

Аррабаль — основатель собственного направления в искусстве, названного им и его единомышленниками «Паническим театром». «Мы превращаем театр в празднество со строго организованным церемониальным порядком. Трагедия и гиньоль, высокая поэзия и вульгарность, комедия и мелодрама, любовь и эротизм, хеппенинг и вереница разных стилей, дурновкусие и рафинированное эстетство, святость и святотатство, смертная казнь и восторженное приятие жизни, грязь и хрупкость бытия — все сгодится для этого праздника, для нашей панической церемонии», — пишет он в своем манифесте «Memento panique». Впрочем, сразу после публикации манифеста Алехандро Ходоровский объявил о роспуске «панического» объединения, ибо сама публикация каких-то конкретных идей и попытка объяснения «панического» противоречила его сути.

«Я родился в Африке*, научился читать и писать на границе с Португалией. Затем учился в университете в Мадриде. Вот уже около полувека живу в Париже, но два месяца в году провожу, как правило, в Нью-Йорке. Я езжу по всему миру, выступаю с лекциями… У меня нет корней. У меня ноги», — говорит о себе Аррабаль.

Пьеса “Пикник” была написана Аррабалем в 1952 году. В 1956 году она была впервые опубликована в журнале «Les lettres nouvelles». А премьера её состоялась в Париже в 1959 году под руководством французского режиссёра Жана-Мари Серро. Сценографом спектакля стал друг Аррабаля – легендарный сюрреалист Сальвадор Дали.

Пьеса неоднократно ставилась на отечественной сцене. Есть, например, запись радиоспектакля с Зиновием Гердтом в роли сеньора Тепана. Кукольный театр из Томска получил в 2018 году за свою версию спектакля Золотую маску. Несколько записей постановок разных лет можно найти на ютубе. Я просмотрел ключевые моменты всех доступных записей и с уверенностью могу сказать, что версия театра «Синтез» кажется мне наиболее подходящей для этой пьесы. После просмотра спектакля я сомневался, были ли взятый тон, экзальтированная манера игры оптимальным решением, но с количеством просмотренных фрагментов уверенность в этом только крепла.

Впервые «Пикник» был поставлен в театре «Синтез» режиссерами Андреем Луниным и Еленой Озирной в 2013 году. Андрей Лунин ушел из жизни в 2019 году. Нынешняя реинкарнация спектакля приурочена ко дню памяти режиссера — 8 февраля. Актерский состав за время, пока спектакль отсутствовал в репертуаре, успел обновиться, как и исторический контекст.

Перед началом спектакля Елена Озирная обратилась к зрителям: «Автор испанец. Говорят, что он писал про корейскую войну, но я думаю, что он в мыслях держал все же гражданскую войну в Испании. И мы подумали, что в данный момент, как и написано в программке, этот спектакль больше о парадоксе человеческой природы, о том, что человек все время воюет. Вся история человечества связана с войной. И главное, что он не может не воевать! Если он не будет воевать, то не будет таких стран, какие есть, не будет пространства, где он живет, поэтому он должен воевать. Но в то же время, этот человек, который все время воюет… Кстати, в войне виноваты, конечно, мужчины. Потому что у них тестостерон играет, они все время хотят воевать. Но, с другой стороны, человек все время мечтает об уюте, домашнем уюте. И в пьесе этот стык показан«.

Не стану подробно пересказывать пьесу, если начать ее цитировать, можно увлечься и процитировать полностью, она достаточно короткая. Спектакль театра «Синтез» длится чуть более часа, благодаря пластическим и музыкальным решениям, и это еще довольно долго — большинство версий, с которыми мне удалось ознакомиться, длились едва ли больше получаса.

Мы видим двух солдат, которые не знают, ради чего, они, собственно, воют друг с другом. Оба они, Сапо и Сепо, были выдернуты из привычной жизни без каких либо внятных объяснений, обоим рассказали про противника пугающие мифы, не имеющие ничего общего с реальностью. Обоим страшно, скучно, оба мечтают вернуться к привычной жизни, стреляют, закрыв глаза, и читают молитвы по гипотетически ими убитым. Интересно, что в постановке театра «Синтез» солдат играют хрупкие девушки: Сапо – Милица Белоусова, Сепо – Дарья Бовина, что идеально укладывается в образы, заложенные автором пьесы.

Мы видим родителей Сапо: Сеньор Тепан – Павел Маслов, Сеньора Тепан – Любовь Леонюк. Для них война — это игра, они прикрываются от снарядов зонтиком и не верят, что происходящее имеет к ним какое-то отношение и должно хоть как-то влиять на их жизнь. Они не лишены эмпатии, полны сочувствия, трогательно вежливы, но живут в мыльном пузыре своего воображения.

И мы видим образ государства, левиафана, действующего через генералов, которые для этих четверых в окопе не более чем голоса из телефонной трубке, но именно они решают, жить им или умереть. Образ санитаров-могильщиков, первый санитар – Фёдор Михайлов, второй санитар – Мария Корнева, которые переживают, что не уложатся в норму по количестве трупов для отчетности, пугающе достоверен.

В спектакле множество уникальных находок, которые блестяще дополняют оригинальную пьесу. Манера поедания бутербродов подчеркивает иерархию и «мужественность» персонажей. Пластические решения усиливают диссонанс поведения героев и ужасающей реальности.

Сапо вяжет свитер, чтобы убить время в окопе, а Сепо делает цветы из ткани. Здесь, пожалуй, стоит все же привести цитату.

С е н ь о р а  Т е п а н (к Сепо). А чем вы развлекаетесь в окопах?
С е п о. Я, чтобы развлечься, делаю тряпочные цветы. Мне очень скучно.
С е н ь о р а  Т е п а н. А что вы делаете с цветами?
С е п о. Раньше я посылал их своей невесте. Но однажды она сказала, что заполнила уже оранжерею и погреб тряпочными цветами и, если мне не трудно, не могу ли я посылать что-нибудь другое, потому что она уже не знает, куда девать столько цветов.
С е н ь о р а  Т е п а н. И как же вы поступили?
С е п о. Попытался научиться чему-нибудь другому, но не смог. Так и продолжаю делать тряпочные цветы, чтобы убить время.
С е н ь о р а  Т е п а н. И вы их выбрасываете?
С е п о. Нет. Сейчас я нашел им хорошее применение: я подношу по цветку каждому погибшему. Так что уж теперь, сколько бы я их ни сделал, лишних не окажется.

Это сильный и трогательный эпизод, даже если не видеть постановку, а просто читать текст. Но, когда в финале возвращаются санитары, и оказывается, что все многочисленные мешки «с песком», являющиеся частью бруствера, наполнены этими «тряпочными цветами», сцена выходит на новый уровень. И то, что вместо тел погибших героев, санитары уносят на носилках четыре «цветка», безусловно, доводит эмоциональный накал до предела. Темп кульминационной сцены и освещение идеально соответствуют моменту, дают почувствовать его в полной мере.

Хочется отметить музыку, подобранную для спектакля. Основной темой стала композиция Майкла Галассо «ITMFL III» из саундтрека к артхаусной мелодраме 2000 года «In The Mood For Love» («Любовное настроение») режиссёра Вонга Карвая.

Интересно, что сам Аррабаль использует в финале музыку, чтобы подчеркнуть абсурдность происходящего: герои решают закончить войну и танцуют в честь этого пасодобль — испанский танец, имитирующий корриду. После чего они гибнут.

«Все танцуют, переполненные радостью. Сапо с Сепо и сеньора Тепан со своим мужем. Звонит полевой телефон. Никто из четверых не слышит. Очень оживленные, они продолжают танцевать. Телефон звонит опять. Танец продолжается. Вновь начинается бой с грохотом бомбардировки, выстрелами, пулеметными очередями. Они продолжают весело танцевать, несмотря ни на что. Пулеметная очередь подкашивает всех четверых. Они падают замертво. Пуля задела и граммофон: пластинку заело, но она играет до конца пьесы. Слева входят санитары. У них с собой пустые носилки. Тут же падает занавес».

Таким образом, Аррабаль в финале несомненно отсылает нас к популярному средневековому сюжету «Пляске смерти» («Danza de la muerte», «Danse macabre»), призванного напомнить нам о бренности и эфемерности сущего и о том, что перед смертью все равны.

*Фернандо Аррабаль родился в Мелилье — это испанский город и порт на средиземноморском побережье Африки. Имеет статус автономного города Испании.

Текст и фото: Александр Шек

Добавить комментарий