Вы здесь
Главная > Изобразительное искусство > «ЗЕРЦАЛО» в ЦВЗ «Манеж»

«ЗЕРЦАЛО» в ЦВЗ «Манеж»

С 15 октября по 8 января в Центральном выставочном зале «Манеж» открыта выставка “«ЗЕРЦАЛО». Русский провинциальный портрет XVIII-XIX вв”. Выставка подготовлена Манежем совместно с Угличским государственным историко-архитектурным и художественным музеем, Государственной Третьяковской галереей и Рыбинским государственным историко-архитектурным и художественным музеем-заповедником.

Название экспозиции происходит от старославянского слова «зерцало». И начинается она с зеркал, в которых отражаются посетители выставки, и огромной инсталляции, которая является метафорой, метафорой истории. 

«Истоки провинциального портрета восходят к середине XVII века, когда иконопись как единственный регламентированный вид станкового искусства, строго подчиненный канонам православной церкви, начинает уступать место зарождающемуся светскому искусству. В живописи появляется новая форма изображения человека – «парсуна» (от слова «персона»), знаменующая переход от каноничных иконописных образов к изображению человека «с живства» (с натуры), к первым попыткам передать сходство и характер».

Светлана Зенина, куратор

На первом этаже Манежа зрители подают как бы в замкнутое пространство, «жилые» помещения, где представлены портреты купцов и крестьян. Здесь, например, можно увидеть целую галерею портретов семьи купцов Кочурихиных — четыре колена одной семьи. Кочурихины были людьми грамотными и даже вели дневники, сохранившиеся до наших дней. Глава семьи, Григорий Ильич, был раскольником, старообрядцем и изображен на потрете с документом со старорусской вязью. Его сын, Федор Григорьевич, как человек образованный, изображен с пером и листком бумаги. Он был купцом второй гильдии и перешел из старообрядцев в православную веру. Автор этих портретов, Иван Тарханов, как и многие провинциальные художники, не получил академического образования, на его манеру письма оказывает большое влияние иконописная традиция.

Интересны женские портреты семьи Кочурихиных. В дом приходят гости, разглядывают портреты, поэтому портрет жены должен был продемонстрировать состояние и богатство мужа. Для позирования она открывает свои сундуки и достает все самое красивое и дорогое. Портрет жены главы семьи написан в апреле, но на портрете она изображена в меховой одежде, и ее дорогая сережка несколько неправдоподобно выглядывает из-под шапки. Третье поколение, внуки, изображены на портретах уже не на нейтральном фоне, на портретах появляется драпировка, это явное влияние европейской традиции. У женщин на портретах по три платка: на голове, на плечах и в руке. Шаль на плечах в то время очень дорогая вещь, она могла стоить столько же, сколько стоит ювелирное украшение. Кстати, жемчужные украшения того времени до наших дней, практически, не дошли, так как они передавались из поколения в поколение и переделывались согласно моде. Выставка представляет редкую возможность познакомиться и с украшениями того времени.

В экспозиции представлены семейные портреты купцов Пивоваровых. Глава семейства – очень серьезный человек. Долгое время было неизвестно, кто изображен на портрете, но Санкт-Петербургский университет прислал в музей письмо, в котором сообщил, что изображен купец Пивоваров, родом из Углича, который пожертвовал свою коллекцию рукописных и  старопечатных книг университету. Более того, в Эрмитаже хранится его коллекция старинных монет. На портрете он изображен с двумя медалям Николая I за благотворительство. Он выделил деньги на строительство трех больниц в Петербурге: детской, Максимилиановской и глазной. После переезда в Петербург Пивоваров не забывал свой родной город и посылал деньги в Углич на содержание монастырей, делал пожертвования на другие нужды города, то есть помимо своей основной деятельности он участвует в социальной и культурной жизни, за что был награжден орденом Святого Станислава.  На портрете Пововарова детально проработано лицо, также можно рассмотреть, что написано на каждой медали, но если просмотреть на то, как изображены руки, то становится понятно, что анатомические особенности для художника не важны, главное – показать те детали, которые расскажут об изображаемом персонаже.

На семейных портретах семьи купца Щекотова вместе с родителями изображены их дети. Они также написаны в иконописной традиции, мальчики напоминают Иисуса. В руках у мальчика яблоко – символ того, что он еще не вкусил запретный плод, он еще мал и юн. Мальчики изображались с голубыми розочками, а девочки – с розовыми. Известно, что Щекотов занимался благотворительностью, он выделял деньги на восстановление Смоленска после нашествия Наполеона, был награжден медалью, которую мы видим на портрете.  Дочери Щекотова, изображенные на втором потрете вместе с матерью, были большими модницами. В те времена, а портреты написаны в 1844 году, товары из-за границы поступали сначала в Смоленск, а потом уже в Петербург и Москву, поэтому Смоленские модницы одевались не хуже, чем в столице.  

На первом этаже представлены и портреты крестьян. Здесь можно увидеть портреты крепостных крестьян, которые получили образование и занимались не физическим, а интеллектуальным  трудом: музыкой, живописью, архитектурой. Были в то время и крепостные купцы. Композиция портрета крепостного Силы Васильевича не совсем обычна. Сам портретируемый изображен не по центру картины, а смещен влево. По деталям картины сразу понятно, что он человек грамотный, что он может читать и писать. Справа от него изображен корабль, поэтому можно предположить, что он занимается перевозкой  товаров. А вот его жена на портрете изображена как типичная крестьянка. Голова покрыта платком, на плечах шаль, заколотая брошью под подбородком, в руках – белый платочек – символ зависимости от мужа. Неизвестно ее имя, оно не сохранилось в памяти потомков, она просто жена своего мужа.

На втором этаже Манежа размещены портреты дворян и духовенства. Здесь больше света, зрители как-будто  вырываются на простор дворянского имения. На портретах опять делается акцент на детали, через которые художник рассказывает больше о статусе изображаемого, чем о его характере. Интересны детские портреты. Например, портрет Алексея Алексеевича Турчанинова. Его отец был уральским металлургическим магнатом, который увлекался искусством, у него была большая коллекция картин, декоративно- прикладного искусства и скульптуры. Он заказал портреты своих сыновей, у него было три сына. 11-тилетний Алексей Алексеевич изображен в камзольчике инженера, т. к. отец полагал именно ему передать свое дело. Нужно отметить, что у слова «зерцало» есть еще один смысл. На иконах, где изображен архангел, обычно еще присутствует стеклянная сфера, которая предсказывает будущее, она тоже называется зерцало.  Портрет ребенка – это тоже некоторое предсказание о его будущей судьбе. На портрете Алексей Алексеевич указывает рукой на шахты на заднем плане картины, которыми он будет заниматься, когда он станет взрослым. Ребенок нарисован уже более живым, он не похож на маленького взрослого, какими изображались дети на более ранних портретах. 

Еще один замечательный детский портрет на втором этаже – портрет маленькой девочки в красном платье. Как тут не вспомнить инфанту Маргариту Веласкеса? Маленькую девочку, а ей было всего три года, когда писался ее портрет, ставят на каблуки, одевают в огромное красное платье. И обязательные маленькие розочки на голове, а в руках еще один религиозный символ – птичка —  символ красоты и свободы. Как рассказала экскурсовод, отец девочки был очень озабочен ее развитием, дотошно подбирал литературу для ее образования, что принесло свои плоды: девочка в дальнейшем выучит французский язык, будет заниматься переводом книг с французского на русский и просветительской деятельностью. 

На выставке представлены портреты духовенства. На примере трех портретов священников, расположенных рядом, относящихся к разным периодам, можно проследить как в 19 веке художники переходят от иконописной традиции к более реалистичному изображению человека. Надо отметить, что, в основном, портреты священников создавались посмертно. Задачей  художника было не написание конкретного священника, а показать представителя церкви, который демонстрирует просвещение, веру. На портретах священники изображались со всеми своими наградами: орденами Святой Анны, Александра Невского, медалями Российской империи.

На втором этаже невозможно пройти мимо портрета Алябьева. Он изображен в виде рыцаря, в латах, с развивающимся за спиной красным плащом. Таким он хотел выглядеть в глазах окружающих. Он был военным, на момент написания портрета он строил в своем имении церковь, и для него было важно, чтобы люди видели в нем героя. Не менее интересный представленный на выставке портрет его дочери, которая изображена художником в несколько экспрессивной  манере в таком огромном платье, которое невозможно было вместить в рамки картины.

«Перед заманчивым зеркалом живописи проходили чиновники, военные, провинциальное духовенство, купцы с письмами и купеческие жены в шалях, провинциальные дворянки в чепцах, дети и почтенные старики. Их «отражения» множились и оставались в домах, присутствовали в жизни новых поколений, время разлучает их и собирает снова – в стенах музеев или на выставках. Попадая в новую реальность, в иные контексты, они по-прежнему притягивают к себе взгляд, чтобы надолго остаться в памяти».

Светлана Зенина, куратор

Текст: Наталья Шек
Фото: Александр Шек

Добавить комментарий