Вы здесь
Главная > Театр > “Саша, не бойся!”: “когда всё плохое случилось, дальше не так страшно”

“Саша, не бойся!”: “когда всё плохое случилось, дальше не так страшно”

12 ноября на площадке Скороход состоялась премьера спектакля “Саша, не бойся!” Сергея Азеева. Сергей — петербургский независимый актер, cреди его режиссёрских работ — две пьесы Августа Стриндберга — “F. Жюли” в Таком театре и “Отец” в театре Суббота”, а также интеллектуальный трагифарс «Атавизм» в Таком театре по пьесе Константина Фёдорова. Вместе с Фёдоровым же Азеев сделал инсценировку повести Евгения Ельчина «Сталинский нос», назвав ее «Саша, не бойся!».

Евгений Ельчин — аниматор, художник, родился в Ленинграде и эмигрировал в США в 1980-х годах. В 2011 написал “Сталинский нос” и сам ее проиллюстрировал. Произведение получило Медаль Ньюбери, а The Horn Book Magazine, журнал, посвященный детской и подростковой литературе, назвал ее лучшей книгой года. В повести описывается эпоха Большого террора в СССР 1937-1938 годов глазами ребенка — без страшных натуралистичных деталей, с щемяще-грустным юмором.

Главный герой Саша Зайчик свято верит в идеи коммунизма и товарища Сталина, со дня на день его должны принять в пионеры. Сашин папа — герой, он работает в НКВД и ловит шпионов. Вот только в какой-то момент идеальный мир Зайчика трескается как хрупкий кокон. Отца забирают на Лубянку по доносу, а Саша в одночасье становится сыном врага народа, и путь ему один — в детдом. Или нет?
Я перед премьерой прочла “Сталинский нос” и вспомнила книгу “Птица в клетке” Кристин Лёненс о нацистской Германии, в которой муж с женой, как и многие немцы в то время, прятали в доме еврейскую девочку и не могли рассказать о ней своему маленькому сыну, потому что он после массированной школьной пропаганды боготворил Гитлера и идеалы нацизма. Кстати, по этой книге снят чудный фильм “Кролик Джоджо” Тайки Вайтити — в более абсурдистской и ироничной манере, Гитлер появляется там в виде воображаемого друга.

Читая повесть, находя общие черты со “Сталинским носом”, я пыталась представить форму спектакля — будет ли это читка? Или кто-то из актёров исполнит роль ребёнка?

Сцена Скорохода преобразовалась в кабинет допроса со столом и стульями, картой СССР, зарешеченным окошком с тусклым светом и бюстом, до поры до времени повернутым к стене. В этом кабинете будут появляться свидетели — подленький сосед-доносчик Стукачёв — ой, простите, Щипачёв, напуганная тётя Лариса, трепетно сжимающая малютку и отказывающая в крове Саше, лицемерная учительница Нина Петровна и ученик Финкельштейн, которого травят не только одноклассники, но и преподаватели, деланно-задиристый хулиган Собакин и угрюмый сторож Матвеич, конформист-директор школы и лейтенант…. Усы, пиджак, шапка-ушанка — вот, собственно, и все атрибуты, которые меняет потрясающая Анна Кочеткова, перевоплощаясь в каждого персонажа.

Анна — актриса ТЮЗа им.Брянцева, Такого театра и Театра Ненормативной пластики. В своих работах она соединяет гротеск и трагедию, пластику и юмор, перемещая акценты со слова на тело. И ты веришь ей, такой разной, но всегда невероятной, будь это озлобленная агрессивная Мышь (“Эффект Чарли Гордона”), судья-ханжа, готовая судить художника за его картины обнаженной натуры (“Шиле”), мать, потерявшая своего ребенка (“ЯЛАС”, “Посмотри на него”, “За белым кроликом”). В “Саша, не бойся!” Анна снова предстанет в образе Матери. В финале она избавится от лишних деталей костюма, словно сбросив страхи, которые копятся от поколения в поколение и сдавливают наши сердца.

Роль маленького Саши исполнит ростовая кукла. Нет, в начале актер театра Суббота, сооснователь Малого Театра Кукол Стас Дёмин-Левийман с усилием проговаривает текст ребёнка, но в какой-то момент вскрикивает: “Не могу это говорить!”. И появляется кукла — то ли в школьной, то ли в военной форме — с широко распахнутыми наивными глазами, смотрящими на мир взрослых (работа художницы Тани Стоя, она же сделала оживающий Нос и Бюст самого Иосифа Виссарионовича). Эта кукла вмещает страдания маленького Саши и может вынести всё, ей не больно. В бережных руках Стаса-кукловода маленький Саша сжимается в клубочек и парит в снах-мечтах, тщетно всматривается в окошко вождя, марширует с красным знаменем. Кукольный Саша дарит новые смыслы — о хрупкости и незащищенности детей-марионеток в руках взрослых, которым они верят безусловно и считывают всю информацию об окружающем мире, учатся различать добро и зло.

В начале и ближе к финалу Анна Кочеткова и Стас Дёмин-Левийман синхронно исполняют то ли танец, то ли зарядку под бодрую советскую песню (хореография Александра Челидзе). Постепенно она перерастает в хаотичные ломаные движения, больше смахивающие на обряд самобичевания. На истязание себя, когда давит чувство вины за то, что ты предал — друга, коллегу, самого себя, смалодушничал, промолчал, не помог. Так и Саша Зайчик не раз отрекается от своих принципов, чтобы не отделяться от большинства, ведь так проще жить? Но в финале спектакля он принимает первое важное взрослое решение.

“Саша, не бойся” — о парализующем страхе и пропаганде, стирающей память и отменяющей чувства даже к родным людям. О времени, которое в России будто застыло. О выборе, который несмотря ни на что есть всегда. О способности сопереживать, любить и помогать ближним, тем самым спасая и себя. О том, как важно помнить.
Евгений Ельчин написал в заключении: “именно сейчас нам нужно сделать всё возможное, чтобы прервать передачу страха из одного поколения в другое”. Следующий показ “Саша не бойся” — 4 декабря. Давайте не бояться вместе и помнить.

Текст: Наталья Стародубцева

Фотографии: Наталья Тютрюмова

Добавить комментарий