Вы здесь
Главная > Театр > “Была та смутная пора, когда Россия молодая…”

“Была та смутная пора, когда Россия молодая…”

В этом году наша страна отмечает 350-летие одного из самых великих и масштабных по своей деятельности правителей в её истории — Петра Первого. В честь годовщины театр “Балтийский дом” с 9 по 24 июня проводит фестиваль “И памяти твоей, Великий Пётр”. В частности, на 24 июня запланирована премьера спектакля “Как Арапа женили” в постановке Виктора Крамера. А 11 июня в Кронштадтском Дворце молодёжи в рамках театрализованного праздника “Россия молодая” состоялся показ одноимённого спектакля Архангельского молодёжного театра.  

Литературной основой этого спектакля служит роман Юрия Германа “Россия молодая”, а также написанная на его основе Сергеем Коковкиным пьеса. Созданный режиссёром Искандером Сакаевым ещё в 2012 году, спектакль с тех пор уже успел выйти из репертуара, однако времена изменились, поднимаемые проблемы стали звучать острее, и непосредственно к фестивалю состоялось возвращение постановки в репертуар театра.

История, которая раскрывается перед зрителями, основана на реальных событиях. В 1701 году, в первые годы Северной войны, шведская эскадра планировала захватить единственный на тот момент российский порт — Архангельск, однако нарвалась на ожесточённый отпор местного гарнизона и была разгромлена.  Победе во многом способствовало то, что шведские корабли сознательно вывел на мель у крепости пленный русский лоцман Иван Рябов, который впоследствии сначала был обвинён в измене воеводой Прозоровским, но затем спасён милостью государя. Упоминается и другое реальное лицо — Сильвестр Иевлев, участвовавший в строительстве Новодвинской крепости и обороне Архангельска. Помимо исторический событий, роман Ю. Германа, а с ним и спектакль, наполнены человеческими историями, среди которых любовный треугольник между Рябовым, капитаном таможенной службы Крыковым и Таисией или любовь капитан-командора Иевлева к дочери лекаря-чужестранца.

Искандер Сакаев разделяет сценическое пространство на два уровня. С верхнего обращается к своим подданным царь Пётр, оттуда же ведёт следствие над Иевлевым воевода Прозоровский и обращаются к Рябову предводители шведской эскадры. Нижний же уровень отдан простолюдинам — как героям с их подвигами и простыми человеческими страстями, так и праздному народу. Тем самым происходит чёткое разграничение между народом и властью, низами и верхами. К подобной двухуровневой концепции Сакаев обратится и много лет спустя, ставя в Петербурге “Наводнение” по Евгению Замятину: главная героиня Софья ни разу за время действия так и не покинет “нижнего” мира, хоть и будет постоянно взаимодействовать с “верхним”.

Изображение самого Петра (роль исполняет Степан Полежаев) в спектакле усиливает эффект отчуждения царя от вверенного ему народа. Зачастую народное творчество изображает будущего императора этаким кладезем житейской мудрости, но Сакаев представил его совсем не таким.  Здесь никаких черт “доброго царя” нет. Уверенность, решительность, непреклонность — вот главные качества, которые характеризуют царя. Щедрый на милость, он скор и на расправу: это потрясающе показано режиссёром в финальной сцене, когда царь зачитывает указ о награждении Иевлева и Рябова, а рядом раскачиваются тела висельников. Капитан-командор обращается к царю с вопросом, почему по всей Руси дыба да виселица, на что получает ответ: “Иначе нельзя. Виктория всё спишет”.

Вспоминая о великой империи, созданной в последующие два десятилетия Петром Первым, нельзя не забывать об огромной цене, заплаченной за её создание. Но нельзя и не задаться вопросом: не в этой ли непреклонности, решительности, а подчас и жестокой решительности царя лежит ключ к его великим победам и тому скачку, который совершила страна под его руководством? Может ли правитель России, которому суждено славить её имя в веках, в принципе быть иным?

Образ Ивана Рябова, созданный актёром Максимом Дупликом, воспринимается весьма достоверным: простой северянин, он хотел ходить в море и любить Таисию (Ирина Булыгина), борьбу за сердце которой он выиграл у капитана Крыкова (Антон Чистяков), и совершенно не планировал совершать подвиги. Но раз жизнь и Родина от него этого потребовали, он совершил их, ни секунды не колеблясь. Во многом подобен ему и Иевлев, образ которого воплотил на сцене Евгений Шкаев. Более интеллигентный, сдержанный, склонный к рефлексии о человеческом существовании в эпоху больших исторических событий, капитан-командор столь же непреклонно решителен в своей любви к России и готовности отдать за неё всё. Даже если, как он сам дважды за время спектакля отмечает, “время сейчас такое, что герои по темницам сидят”.

Стоит признать, что в эпоху разгула квасного патриотизма с одной стороны и русофобии с другой Искандер Сакаев в спектакле “Россия молодая” делает очень сложную, но безумно важную вещь, предлагая в лице Рябова и Иевлева образы истинных патриотов и народных героев, показывая примеры подлинной любви к своей стране, на которые стоило бы равняться многим нашим современникам.

И народ в спектакле получился настоящим, русским, хоть и состоит он из одних женщин, так как их мужья, вероятно, ушли на войну. Получился многоголосный бабий хор, в характерных народных одеждах, с северным окающим говором, громко, местами гипертрофированно реагирующий на всё происходящее. Но вот происходит какая-то точка перелома в спектакле, и нет уже криков и буйства красок, в один миг всё это сменяется одиноким напевом народных мотивов, отдающим неизбывной тоской и от века к веку тяжёлой судьбой русских женщин.

С присущей в принципе стилю Сакаева гипертрофированностью представлен и образ палача: голый почти по пояс, в переднике и страшной красной маске-балаклаве, он начинает спектакль взмахом топора, заставляя первые ряды зала содрогнуться и мгновенно настроиться на непростой разговор об историческом пути России. Исполняет роль палача заслуженный артист России Илья Глущенко, ему же выпало сыграть и воеводу: в одном из эпизодов он прямо на сцене меняет одеяние палача на костюм Прозоровского. Но и во времена становления новой России путь от власти до плахи мог быть весьма недалёк…

Иностранцы в спектакле изображены примерно одинаково вне зависимости от того, находятся ли они на царской службе или же представляют шведское воинство. Лекарь, служащий у воеводы, с его огромным париком и делаными размахиваниями руками, мало чем отличается от шведов, говорящих с русскими с нарочитым акцентом и пренебрежительными интонациями. Да и оказать помощь раненому в минуту реальных боевых действий он не в состоянии и предлагает звать попа. Этот же лекарь, как выясняет Иевлев, передаёт иностранцам план равелинов крепости. Поведение чужеземцев из эпизода в эпизод показывает, что на своей земле нужно искать России героев, а не в дальних краях и заморских странах.

Спектакль “Россия молодая” длится немногим более часа, но содержит в себе такое количество проблемных вопросов, что их осмыслению можно было бы посвятить целую жизнь. Остаётся только порадоваться за архангелогородцев, что в ближайшие несколько лет они смогут увидеть эту постановку у себя в городе, а также за петербуржцев: последнее время режиссёр Искандер Сакаев живёт и творит в нашем городе.

Текст: Егор Куликов

Фото: Данила Нерознак

Добавить комментарий