Вы здесь
Главная > Театр > «Кири-ку-ку, царствуй, лежа на боку!»

«Кири-ку-ку, царствуй, лежа на боку!»

Полумрак, шёпот, тусклый блеск пайеток, туман, окутывающий камерное пространство Karlsson Haus, запах ладана, которым окуривается зал. Это то самое «негде», «тридевятое царство, тридесятое государство» в интерпретации Максима Исаева (одного из создателей инженерного театра АХЕ). Спектакль «Сказка о золотом петушке» — лауреат Российской национальной театральной премии «Золотая маска» 2022 в номинации «Лучшая работа режиссера». Постановка создана по итогам V летней лаборатории фигуративного театра, премьера состоялась в октябре 2020.


Максим Исаев, взяв за основу сказку Александра Пушкина, создает перформанс, состоящий из множества пластических этюдов, абсолютно непредсказуемых, порой некомфортных из-за очень назойливых резких звуков, запахов и ярких всполохов света. Один из предметов, который задействован почти в каждой сцене — «чудо-колотушка», основное предназначение которой — мять, бить, давить. Так и герои, расставив на сцене в определенном порядке колотушки, с яростью огрызаются на женщин, которые стремятся помочь, подсказать — советы им не нужны, женщин они жестоко избивают — в виде пугающего мучительного танца (хореография Галы Самойловой). Колотушками не только колотят, они — и фаллический символ. Дадон не в силах побороть вожделение, Шамаханская царица в буквальном смысле схватит его за горло и уведет в свой шатёр. И про погибших сыновей и страну в опасности он, будто загипнотизированный, уже не вспомнит.


Пушкинские строки узнаваемы не сразу — ритм, интонации, форма, акценты меняются, слова пропеваются, проговариваются речитативом, шёпотом. Костюмы (художница Анастасия Цветкова) — безумный микс моды прошлого и настоящего, состоящий из множества тканей и фактур: меха, бархат, кружево, люрекс. Внешний вид персонажей напоминает задание из другой сказки — прийти не голой и не одетой.
Главным героем постепенно становится Золотой Петушок, собранный из двух циркулей — поначалу еле передвигающий слабыми лапами, к финалу он — хищное существо, рука возмездия, готовая покарать ослепшего от похоти Дадона, символ разрушительного начала, которое живёт в каждом из нас.


«Но лишь чуть со стороны
Ожидать тебе войны,
Иль набега силы бранной,
… Вмиг тогда мой петушок
Приподымет гребешок,
Закричит и встрепенется».


Максим Исаев делает видимой мрачную и пугающую потустороннюю силу, соединяя вместе явь и навь, вытаскивая на свет божий неконтролируемое бессознательное, приглашая зрителей заглянуть в бездну вместе. В его зазеркалье выхода нет, есть лишь слишком узнаваемое самоуничтожение — отдельно взятого человека, народа, всей земли.

Текст: Наталья Стародубцева 

Фотографии Karlsson Haus

Добавить комментарий