Вы здесь
Главная > Театр > «Вахтангов_Чехов.docx». Играем?

«Вахтангов_Чехов.docx». Играем?

Как рождается театр? Как он устроен изнутри? Как происходит распределение ролей между актёрами, что они чувствуют, читая отзывы критиков? Узнать больше о театральном закулисье, о создании и становлении системы Станиславского, судьбе Первой студии МХТ, дружбе Евгения Вахтангова и Михаила Чехова и об их современниках можно на спектакле Наталии Лапиной в Санкт-Петербургском Городском театре — «Вахтангов_Чехов.docx». Премьера состоялась в мае 2017 года. Постановка отмечена наградами Санкт-Петербургской театральной премии для молодых «Прорыв» (номинация «За лучший актерский дуэт» и Санкт-Петербургского общества зрителей «Театрал» («Лучший спектакль»). Около побывал на последнем в этом сезоне показе.



«Игра с документом» — так называется жанр постановки, буквально собранной по крупицам труппой: было переработано 8 автобиографий, 4 учебника по актёрскому мастерству, 30 статей, а также письма, лекции и многочисленные архивные материалы. В результате мог ведь получиться сухой или высокопарный доклад об истории театра и жизни и творчестве великих театральных деятелей. А вышел подвижный, стремительный, искрящийся, как шампанское, полный жизни, вдохновения и огромной любви к театру спектакль. Без преклонения перед кумирами, а с теплом, нежностью и юмором, как к своим дальним любимым родственникам: и играть с ними, и подтрунивать над ними можно — свои же, не обидятся!

Во многом это от того, что играют молодые артисты, сверстники тех, кто ещё не стал легендами русского театра, которые не понаслышке знают, каково это — создавать что-то новое, ютиться на крохотной сцене, экономить на реквизите, самостоятельно стирать и гладить костюмы и с замиранием сердца ждать премьеру — первую в жизни! Из записных книжек Евгения Вахтангова: «Все, пришедшие в студию, должны любить искусство вообще и сценическое в частности. Радость искать в творчестве. Забыть публику. Творить для себя. Наслаждаться для себя». Из старого саквояжа с надписью «Система» герои будут доставать материализованные понятия — «сквозное действие», «зерно роли», «свободу мышц», «круг внимания», передавая друг другу и будто примеряя на себя.

«Работаем!» — по-ургантовски деловито говорят они, отрывая одну за другой главы-эпохи перекидного календаря. Миниатюрную сцену Городского театра актёры используют по максимуму, напоминая, что театр начинается с вешалки! Её, увешанную костюмами, бережно выкатывают на середину сцены. Вешалка будет служить и ширмой, и занавесом.

Надевая новый костюм (или наклеивая бутафорские усы), актеры перевоплощаются — в реформатора русского театра Евгения Вахтангова (Роман Михащук), создателя авторского метода воспитания актёра Михаила Чехова (Илья Ходырев), успешного американского режиссёра, основателя American Laboratory Theatre Ричарда Болеславского (Михаил Рябов), первого ректора Центрального театрального училища на Моховой, ныне РГИСИ — Бориса Сушкевича (Егор Шмыга), одного из основателей ГИТИСа Валентина Смышляева (Михаил Поляков), преподавателя актёрского мастерства в ГИТИСе Лидию Дейкун (Тина Тарусина) и многих-многих других.

А над вешалкой, словно на постаменте, будет временами появляться картонный Станиславский, готовый вынести суровый вердикт: например, что Вахтангов не чувствует форму спектакля и способен быть только педагогом… Порой занавес-вешалка как бы распахивается, и мы заглядываем в священное место для любого актера — гримерку. Неожиданно пространство зала трансформируется… в кинотеатр! И на проекторе нам показывают потрясающе смешные и красивые чёрно-белые фильмы, сочинённые исполнителями — о сжигающей зависти, ревности и любви. Были подобные попытки перенести постановки в немой кинематограф в начале XX века, но не имели успеха. Особое наслаждение — наблюдать за комичной дружбой-конкуренцией между заклятыми друзьями: субтильным, постоянно недооцененным, получившим поначалу обидное прозвище «племянник» Чеховым, и нервозным Вахтанговым, который, присев за режиссёрский столик, будто наконец находит свое место. 

«В эти странные дни театр дал нам часы забвения», как скажет один из героев про события времён Первой Мировой. Кто бы мог подумать, что эпоха начала XX века будет так похожа на нашу, и мы так же будем приходить на спектакли за утешением и забвением? «Доверяйте своему внутреннему чувству правды на сто процентов – и вы будете свободны» — говорил Михаил Чехов. Ведь сила — в правде?

Текст: Наталья Стародубцева

Фото: Елена Кочеткова

Добавить комментарий