Вы здесь
Главная > Театр > Балет на стихи. 100 лет со Дня рождения Юрия Левитанского

Балет на стихи. 100 лет со Дня рождения Юрия Левитанского

10 февраля исполнилось 100 лет со Дня рождения Юрия Левитанского, малоизвестного поэта прошлого века. О нем говорили как о писателе интеллектуального склада, вдохновляющимся бытовыми наблюдениями. Вы, возможно, слышали его тексты «Диалог у новогодней елки» и «Каждый выбирает для себя».

Владимир Варнава, известный больше как хореограф («Ярославна.Затмение» и «Дафнис и Хлоя» в Мариинском театре, «Левша» в Театре Наций) и Чулпан Хаматова (ведущая артистка «Современника») объединились в творческий тандем для того, чтобы напомнить, какой была поэзия Левитанского, раскрыть структуру стихотворений и вынуть из них смыслы и импульсы, которые побуждали поэта к творчеству. Так появился спектакль «УтроВечер», который уже чуть больше года можно посмотреть на сцене «Современника».

Постановка начинается с типичного литературного театра: актриса в черном платье в пол декламирует стихи с листа, кроме нее – на сцене только рояль. «Всего и надо – что вглядеться» – строчка стихотворения прерывает монотонное полотно текста и взрывается спектаклем между строк.

Не театр, не музыкальный вечер – это балет на стихи. Ткань произведения ткут трое: пианистка (Екатерина Сканави), танцовщик и актриса. Все три артиста взаимодействуют между собой, находясь как будто бы в параллельных плоскостях, существуя на не пересекающихся линиях. Действительно, в спектакле любопытно использован метод Шести точек зрения Мэри Оверли: пространство, время, форма, движение, история, эмоции артистов взаимодействуют между собой как музыкальные фразы – в диалоге, наслаиваясь друг на друга, повторяя или сливаясь во многоголосье.

Вся сценография построена на межстрочных образах и мелизмах в изображении. Казалось бы грубые цвета (и артисты, и сцена одеты в черно-белую палитру) превращаются в нежные прикосновения. Стихи разрезают пространство, взгляд Чулпан проникает прямо в душу к каждому зрителю, а Владимир, как он сам часто выражается «рифмует телом».

Внутренняя структура постановки опирается на несколько сюжетов в творчестве Левитанского: встреча мужчины и женщины, поиск вдохновения и попытка сбежать от суеты. Повествование построено на контрастах: как и общая сценография пульсирует белым на черном фоне, движение перетекает в статику, крик рождается из тишины, а свет появляется ручным фонариком из тьмы. Артисты не стали нанизывать произведения в линейно-временном порядке, а скакали сюжетами от одного к другому, соединяя строки из разных стихотворений по смыслу: кажется, так работает память. В какой-то момент эти линии объединяются, стихи превращаются в прикосновения к клавишам, голос разрезает воздух как движение танца, а танец растворяется и затихает шепотом. 

Действие происходит будто бы нигде: герои то ли между строк одного из стихотворений, то ли в воображении автора до того, как стихотворение прольется метафорами и рифмами на бумагу. Между ними всего шаг, но он длиною в пропасть, их руки тянутся друг другу словом, пластикой ладоней, тенью и бликом, но растворяются как туман на рассвете, так и не коснувшись друг друга. И только восход солнца – надежда на еще один день, в котором возможна новая встреча.

Несмотря на упоительную лиричность поэзии Левитанского и филигранно подчеркнутую меланхоличную атмосферу с помощью рояля (исполняли Баха, Сати, Равеля и Дебюсси), в спектакле можно увидеть «свет в конце тоннеля», почувствовать вдохновение после молчаливого отчаяния, услышать капель после затяжной зимы. И кажется, именно этой легкости и веры так часто не хватает современному театру. 

Текст: Елена Свиридова

Фотографии из открытого доступа

 

Добавить комментарий