Вы здесь
Главная > Театр > Душа просит иконы, а вокруг — свиные рыла

Душа просит иконы, а вокруг — свиные рыла

Кто никогда не был в провинциальном общежитии, не жил бок о бок с чужими людьми, не заводил там друзей на всю жизнь, не вдыхал этот особый аромат, замешанный на запахах пыли, кухни и сигарет, тому постановка режиссёра Семёна Серзина «Общага на крови» в Невидимом театре может показаться чересчур мрачной и жестокой.
Слишком много алкоголя, легкомысленных связей и безысходности. Спектакль поставлен по мотивам одноимённого романа Алексея Иванова, в котором идёт речь о пятерых студентах и их проживании в типичном общежитии со всеми стандартными проблемами – неуспеваемостью, начинающимся алкоголизмом, конфликтами с комендантшей, страхом отчисления за проваленную сессию. А также о страшных случаях из их жизни – смертью, предательством и крушением всех надежд.

Автор романа говорил в интервью, что под этой «общагой» подразумевалось студенческое общежитие на Урале, где он жил в начале 1990-х. Типажи в спектакле представлены условно: первокурсник Отличник (Геннадий Блинов), местная красотка Неля (Анна Донченко), ловелас Игорь (Владимир Карпов), добрая и жалостливая Лёля (Юлия Башорина) и, подозрительно напоминающий рок-звезду Александра Башлачёва (общага уральская же!), Ваня (Алексей Фролов) – вечно пьяный поэт и музыкант.


После череды нелепых и роковых случайностей всю эту компанию обвиняют в доведении до самоубийства незнакомой им студентки, и ребят выгоняют на улицу. Но герои не готовы покидать привычные стены, и тут начинается самое интересное. На что каждый из них готов пойти, чтобы остаться в общаге? Как далеко можно зайти в желании ничего не менять в своей жизни? Ответы, к сожалению, вышли неутешительные.
Ради койко-места один готов поступиться принципами и доносить на своих друзей, другая готова на оказание определённых услуг мерзкому и беспринципному мужу комендатши общежития Гапонову (Михаил Касапов), другой готов быть более ласковым с самой комендантшей. Относительно повезло лишь одному из друзей – Отличнику. Его, как самого младшего и неиспорченного, подселили к другой первокурснице – Серафиме (Марина Даминева). Постепенно ребята подружились, а потом влюбились друг в друга. Но и тут всё закончилось трагедией.


Положение изгоев, вечное похмелье, враньё – все это сопровождает героев на протяжении всей истории. Она мрачная и возникает ощущение, что просвета так и не предвидится. Единственное по-настоящему светлое пятно – любовь Отличника и Серафимы – и то стремительно тает в крови и грязи. В поисках духовной опоры, герои периодически пытаются то обратиться к Богу, то яростно утверждают, что его не существует. Когда в душе нет света и тепла, тяжело жить.
Создаётся впечатление, что физически общагу покинуть нельзя, и уйти из неё возможно только через смерть. Жизни вне стен общежития как будто нет – непонятно, день или ночь сейчас, какое время года, даже какой год на дворе. Это место вне времени и пространства. Такая общага может стоять в любом периферийном городе, она может существовать и в современных и в советских реалиях. Есть только коридор с бесконечными одинаковыми дверьми, различающимся только номерами на них, ведущими в однотипные комнаты с кроватью, столом и стульями. Вместо окон – неподвижный экран телевизора. Люди как призраки, перемещаются в этом пространстве, говорят одни и те же слова, совершают повторяющиеся поступки. Им остаётся только однообразно танцевать под очередные поэтические строчки Вани: «Ничего нового, ничего обновлённого, всё старое, усталое. Нет ни любви, ни веры. Люди измучились от нелюбви и неверия». И остаётся только зажмурить глаза от тоски происходящего, как все артисты на афише к спектаклю.


В конце постановки есть намёк на лучшую жизнь, не на «Общагу на крови», а на «Общагу на любви». В последней сцене после выворачивающего душу монолога Отличника, в котором он всё не может решиться расстаться с жизнью, он вдруг встречает свою Серафиму. Влюблённые стоят у входа в их общежитие, где они будут жить вечно, и никто их не выселит. Но действительно ли это происходит или это предсмертный бред несчастного – зрителям предоставляется решить самостоятельно.

«Эта песенка слышна,
и поет Всевышний…
Начинается весна,
расцветает вишня»

— звучит в финале фонограмма со стихами Башлачёва. И под неё хочется верить в хорошее, но как-то не получается. Раз, два, три. Общага на крови. Раз, два, три. Общага на любви.

Текст: Дарина Львова 
Фото: Ольга Швецова

Добавить комментарий