Вы здесь
Главная > Интервью > Интервью с Ляйфом Уве Андснесом

Интервью с Ляйфом Уве Андснесом

Площадь Искусств вечером 14 декабря была полна нарядной публики: открытие XX фестиваля-тёзки в Большом зале филармонии щеголяло явным аншлагом. Заслуженным коллективом России дирижировал Шарль Дютуа, а в фортепианном концерте Грига солировал Ляйф Уве Андснес (именно так звучит его имя согласно правилам чтения норвежского языка). Едва отыграв бис, пианист ответил на несколько вопросов о себе, фестивалях и о себе на фестивалях.

― Легко заметить Ваш интерес к формату музыкальных фестивалей: Вы были художественным руководителем Фестиваля камерной музыки в Рисёр (Risør kammermusikkfest) и Музыкального фестиваля в Охай ( Ojai Music Festival), сейчас возглавляете Фестиваль камерной музыки в Розендал (Rosendal Chamber Music Festival). Можно ли сказать, что помимо выступлений в качестве пианиста и дирижёра Вас привлекает деятельность импресарио?

― Да, да! Я начал заниматься этим в достаточно юном возрасте, в 22-23 года, когда делал свой первый фестиваль, и постепенно антрепренёрство стало частью меня как музыканта. Мне это очень нравится.

― Значит, будут ещё фестивали, где можно увидеть Вас в этой роли?

― Я продолжаю заниматься моим нынешним фестивалем в Норвегии, который проходит в вотчине Розендал (Baroniet Rosendal). Так что да, я не бросаю это дело.

― Иногда Вы выступаете в роли дирижёра.

― Да, но я дирижирую в основном из-за рояля. Дирижёр — отдельная, сложная профессия, требующая огромного труда и самоотдачи. У меня нет таких амбиций.

― В 2012 году Вы отвечали за программу Музыкального фестиваля в Охай. Концерт открытия состоял из музыки Джона Лютера Адамса

(кстати, легко перепутать с Джоном (Кулиджем) Адамсом, который начинал свой сочинительский путь минимализмом) и Дмитрия Шостаковича, а заключительный вечер отдали тому же Адамсу, но уже в компании Игоря Стравинского. Каков был принцип, по которому составились эти комбинации, почему выбрали этих композиторов?

― О, это просто очень разная, непохожая одна на другую музыка, и время от времени интересно поместить рядом настолько сильно контрастирующие звучания. Джон Лютер Адамс пишет действительно минималистские вещи, чрезвычайно отличающиеся от музыки Шостаковича или Стравинского. Но это работает в такого рода программах, на площадках вроде фестиваля в Охай.

― Любопытен Ваш интерес к русской музыке: программу прошлогоднего фестиваля в Розендал за парой исключений состояла из сочинений русских и советских композиторов — Мусоргский, Шостакович, Прокофьев, Вустин, Уствольская, Караев..

― Это был фестиваль Шостаковича. Я имею в виду, вся программа была построена вокруг него, он был центром всего. Мы выбрали композиторов, связанных с его именем: там был Мусоргский, который вдохновил Шостаковича, и были те, кого вдохновил уже сам Дмитрий Дмитриевич — Денисов и Шнитке, вот это поколение. Так же мы включили в программу музыку Александра Вустина, современного композитора. Мы исполнили шесть его пьес.

― А кто решает, чему будет посвящён очередной сезон фестиваля? Это зависит от памятных дат, пожеланий спонсоров или это только Ваша воля?

― Решаю я и только я.

― На сайте фестиваля уже есть дата первого концерта следующего сезона. Когда будет объявлена программа?

― Обычно мы делаем это в конце января и в этом году планируем поступить так же.

― Сегодня Вы открывали фестиваль Площадь Искусств. Вы раньше выступали в рамках этого фестиваля или это первое сотрудничество?

― Да, я уже выступал здесь, это было 18 лет назад. Именно в рамках этого фестиваля я дебютировал в России Третьим фортепианным концертом Рахманинова. Для меня это был замечательный опыт работы с маэстро Темиркановым и оркестром под его управлением. В тот же период я сыграл ещё и сольный концерт в Малом зале филармонии.

Любезность Ляйфа Уве Андснеса, его открытость и спокойный, доброжелательный тон подкупают, беседу хочется продолжать, и нет никаких сомнений в том, что на каждый вопрос он ответит просто и с улыбкой. Он, кстати, и играет так же — просто, с чувством, но вместе с тем и с большим достоинством, не превращая даже самые волнующие моменты в бенефис собственной экспрессии. По завершении концерта Андснес просто встал и просто поклонился, воздержавшись от утрированных жестов и измождённых взглядов. А усталость в его взгляде была, только заметить это можно при личном разговоре, вблизи. А заметив, разве можно длить расспросы?

Текст Елизавета Голева

Фотографии из открытых источников сети интернет

Добавить комментарий