Вы здесь
Главная > Музыка > Die Antwoord: I fink u freeky and I like you a lot

Die Antwoord: I fink u freeky and I like you a lot

Экзотические зефы, безудержные танцы, жажда танцев и воды. Die Antwoord 9 августа устроили в А2 экстравагантный и искренний марафон рейва!


Прежде, чем заговорить о Die Antwoord, надо прочувствовать, что такое культура ZEF. Изначально так уничижительно называли белых представителей мелкой буржуазии в ЮАР, которые, подзаработав денег, любили скупать популярные в 1960-х годах автомобили Ford Zephyr. Тогда в устах людей побогаче это было что-то вроде «деревенщины». Фриковатый вид, меха, золотые цепи, слитки… Как объясняла Йоланди, ZEF – это когда ты бедный, но прикольный, сексуальный и стильный.

Die Antwoord не просто считают ZEF своим стилем – они их воплощение. При первом впечатлении к ним невозможно отнестись всерьез: один только кукольный голос Йоланди сбивает слушателя с толку, а добавьте агрессивные речитативы Ниндзя и забойные биты DJ Hi-Tek. На втором впечатлении они затягивают в свою игру: эдакая «практика расширения создания», как называют свое творчество сами музыканты.

Они выглядят фриковато, действуют фриковато, их музыка фриковата – и от всего этого они ловят кайф. В том числе – вместе со своими поклонниками, как это было в A2.
Вперед Die Antwoord на сцену вышла их соотечественница – Moonchild Sanelly. Сочная девушка с ворохом сине-зеленых дредов на голове завела зал не на шутку. Мунчайлд выступает за идею «сексуального освобождения женщин», в частности, в ЮАР, как сообщала в интервью изданию Noisey, и о, да, она показала это наглядно и убедительно. Зажигательные танцы на фоне стилизованных под южноафриканские бараки конструкций, сочетание хауса со специфическим стилем gqom, откровенные телодвижения на грани – у Мунчайлд стоит поучиться раскрепощению под забойные биты. Кстати, в интервью тому же Noisey она упоминала, что хочет открыть секс-клуб, где все ходили бы голыми и спокойно занимались бы этим. Пока ее заявки отклоняют как провокационные, но сдаваться она не собирается. В ЮАР со свободой сексуальности все не так радужно, как в других местах.

Успокаиваться A2 после волны страсти пришлось долго во всех смыслах: и Мунчайлд зарядила тонной энергии, и ожидание затянулось на час. Придется скаламбурить, но жарко было как в Африке: и на улице в тот день было не по-петербургски тепло, и в зале зрители обливались потом. Охранники без устали ходили туда-сюда, разливая воду в пластиковые стаканчики и передавая в зал. Сколько пятилитровых канистр так было израсходовано – подсчитать трудно, но точно десяток-другой.

На часах было около половины десятого вечера, когда за натянутым перед сценой баннером зазвучало интро. Следом – Pitbull Terrier, и вот на сцене уже Ниндзя. Еще немного – и откуда-то с вышины затянутых белыми полотнами конструкций раздался тот самый кукольный голос: это миниатюрная Йоланди зажигала, стоя на возвышении. Если кто-то хоть раз думал, что этот голос – результат компьютерной обработки, забудьте: она и правда так поет, и в живую это звучит еще круче.

Радость от долгожданной встречи А2 выразил громкими воплями, чем очень порадовал Ниндзю. Вдруг он с довольным выражением лица подхватил баллончик с черной краской и написал на полотне SPACIBO, пририсовав снизу хулиганскую рожицу, напоминающую автопортрет. Обнаженный торс, спущенные на бедра штаны, поблескивающие золотом зубы – и все с сочетанием с искренней, счастливой улыбкой.

Перед песней Daddy Ниндзя спросил Петербург: «Кто твой папочка?». «А кто твоя мамочка?» – и зал визгом признал, что Йоланди. Кстати, о семейном: эти двое – папа и мама в самом прямом смысле. Вместе с ними в Петербург приехала их дочка Сикстин. В сети легко найти семейные фотосессии, где Сикстин совсем малышка, но к своим 12 годам она заметно подросла. В интервью The Village Ниндзя как-то раз сказал, что Сикстин выглядит как Йоланди и мыслит, как он. Красота мамы, задор папы – с такими генами и воспитанием у девочки большой творческий потенциал.

Весь концерт, от корки до корки, зал зажигал в диком рейве. Кое-кого из этой жары во всех смыслах вынесли в полуобмороке охранники. Die Antwoord не оставляли публике шансов отдохнуть. Если поначалу они отвлекались на разговоры с залом, то начиная где-то с Cookie Thumper! не останавливались вообще. Чем больше А2 бесился, тем счастливее выглядел Ниндзя. Радостный, он не раз за концерт проделал свой любимый трюк, прыгнув на руки зрителям. А кто не успел покатать его на руках, те словили от него «пять», когда он пробегал перед первым рядом.

Как форма мазохизма – с горящими глазами после концерта взахлеб с восторгом вспоминать, как тебя сминало всмятку танцующая толпа. Это того стоит. Еще более сладкий мазохизм – просить еще, вызывая музыкантов на бис. На эту закуску Die Antwoord припасли свои беспроигрышные хиты – I Don’t Care и Enter the Ninja. Чтобы не отвлекаться на повторение слов о диком рейве, резюмируем просто: первые ряды (и я в том числе) умоляли охранников вылить воду из канистр нам на головы вместо стаканов. И мы были счастливы, когда они это сделали. Die Antwoord говорили в интервью Exclaim!, что распадутся после выхода пятого альбома Mount Ninji and Da Nice Time Kid. Будем надеяться, еще хотя бы раз они все же вместе приедут.

Текст: Екатерина Архипова

Добавить комментарий