Вы здесь
Главная > Музыка > АукцЫон в Эрарте: праздники и похороны

АукцЫон в Эрарте: праздники и похороны

На глухом чёрном фоне афиши – белые крупные буквы и цифры:

“ERARTA

АУКЦЫОН

31 мая”

В чёрной бархатной коробке Эрарта сцены ни видеопроекций, ни ярких декораций, только свет окрашивает действие то лиловым, то изумрудно-зелёным, то жёлто-оранжевым, лучи скользят по сцене, лицам и воздетым в аплодисментах рукам. Говорят, бывали времена, когда на АукцЫоне танцевали все. Места в партере теперь заняты сидящей публикой, и это неподвижное облако за спиной режиссёров олицетворяет благодушного свидетеля, а танцпол гудит праздничным оживлением, открыто и с восторгом принимает участие в громком вечере. Концерт начинается, и уже сквозь толпу не пробраться без тысячекратных извинений.

 “Девушки поют” – и ты не разделяешь мысленно значение слов и мелодию, когда зал наполняется звуком столь же естественно, как лёгкие – воздухом, затяжная импровизация во вступлении спокойно перетекает в русло основной части, и, не изменяя себе, развивается дальше. Акустика помещения плохо подчиняется потоку звучания, неохотно подстраивается, наконец, послушно разряжается раскатами ударных, громом контрабаса. “Хомба”, привычная, магически баюкаящая “Хомба”, на сей раз выворачивается наизнанку: колючие узлы, шершавые растрёпанные нитки швов. Орнамент угадывается, соединяются лоскуты, всё становится на свои места.
“Чайки” взлетают шумно, и азартный ритм вырывается за пределы стен, танцуют дети на плечах взрослых, живо танцуют пары влюблённых, не прерывая объятий, улыбаются и притопывают седовласые старцы и старицы. Сквозь подвижную весёлую толпу с непроницаемым видом перемещается некто, очень похожий на фотографа Юрия Молодковца. “Фафа” – зачарованная золотая монета – катится, кружится на месте, готовая упасть, и её тотчас подхватывают пальцы одного, другого музыканта, острая яркая труба сменяет гитару, и траектория теряется в гармоничном шуме, называемом музыкой АукцЫона. Теряется чувство замкнутого пространства, мир становится больше и входит в резонанс с этим длящимся минутами чудом. А как прекрасен почти фольклорный густой и пьянящий “Роган Борн”.

“Всё тает” печальным колоколом медленно разливается в воздухе, “и этой похоронной кодой мы прощаемся с Эрарта сценой“, – заключает директор АукцЫона, выйдя на опустевшую сцену. Музыкально-театральный проект музея скоро закрывается. На бис музыканты возвращаются с песней на стихи Введенского. “Страшно умирать и не хочется…” Традиция возвращает к мысли о смерти, карнавал заканчивается, праздник – как в жизни – сплавляется с рутиной.

Текст: Анна Рыбалка
Фото из архива, фотограф Александр Шек
 
comments powered by HyperComments