Вы здесь
Главная > Интервью > Карина Дымонт: «Валерий Романович придумал такой замечательный организм, как Театр на Юго-Западе».

Карина Дымонт: «Валерий Романович придумал такой замечательный организм, как Театр на Юго-Западе».

Заслуженная артистка России, актриса московского Театра на Юго-Западе Карина Дымонт — человек уютный и солнечный. С ней рядом хочется пить глинтвейн, кутаться в большой шарф и долго беседовать обо всем на свете, забравшись с ногами на диван. Прекрасное дитя севера и юга, она смотрит на мир улыбчиво и иронично, хранит в глазах теплые искорки и говорит с легкой фирменной хрипотцой в голосе. Двадцать пять лет тому назад Карина пришла на юго-западную сцену юным созданием, и сразу – на звездные роли. И до сих пор трудно найти в Москве Нину Заречную прозрачнее и вдохновеннее, а Маргариту — опаснее и нужнее для Мастера в ее любви исступленной и надрывной.

Всегда девчонка, любопытная к жизни и жадная до всего возвышающего душу, она просто и естественно говорит о возрасте, как о категории, для нее несущественной.

О недавно ушедшем Мастере – Валерии Романовиче Беляковиче — только в настоящем времени, потому что для актера внутреннее ощущение часто важнее суровой реальности.

Дарья Евдочук: Карина, у тебя такая необычная фамилия, да и имя- отчество редкие. Что ты знаешь о происхождении своей семьи, своей фамилии?

Карина Дымонт: Фамилия на самом деле латышская. Легенда это или нет, но говорят, где-то в Латвии есть деревня, где все носят фамилию Диманти. Она мне досталась от моего дедушки по отцовской линии. Мой латышский прадедушка, железнодорожник, оказался в Армении. Его сын, мой дедушка, нашел там мою бабушку — Терезу Амбарцумовну. В результате этой находки на свет появился мой папа Эдуард Анатольевич, и, как реверанс моей армянской бабушке, меня назвали в честь армянской прабабушки – Кариной.

Я родилась вообще во Львове. Вся моя армянская ветвь долго и сложно двигалась от землетрясений, геноцида через Ашхабад и другие города, и оказалась во Львове. Мамина семья из украинского Ингульца от голода тоже бежала во Львов. Так и встретились там мои мама и папа, потом родились я и моя сестра.

Дарья Евдочук: Увлечение театром, оно откуда?

Карина Дымонт: Оно еще детское. Оба дедушки были художественные личности. Дедушка, который из Ингульца, сам научился играть на пианино, на домре, на гитаре. При этом он был партийный работник, «шишка» в горисполкоме, до конца жизни конспектировал труды Сталина и Ленина. Бабушка всегда говорила про то, что наступило сейчас: «Слава Богу, что он не дожил до этого!».

Мой латышский дедушка — художник. Всю свою жизнь он рисовал открытки по заказу тоже горисполкома, и в специальной типографии их печатали.

Армянская бабушка тоже была художницей.

Мама моя закончила консерваторию. Папа хотел быть артистом, ходил в студию, сам дотумкал до теории Михаила Чехова! Когда он в самодеятельности готовился к своим ролям, то рисовал образы, как Михаил Чехов. Он мне потом об этом рассказывал, а я: «Папа! Ты сам дошел до того, что еще Михаил Чехов придумал!».

Дарья Евдочук: То есть, никто не удивился, когда ты пошла в театральное?

Карина Дымонт: Не сильно, но все же удивились, потому что я все скрывала. В школе я занималась в народном театре. Они были очень популярны в восьмидесятые. Из такого народного театра вырос и Театр на Юго-Западе. Вот я в таком же, но помельче, и занималась. В последующем там, как и во многих театрах, произошли разделы личностей, мнений и самолюбий, и в последних классах школы я уже не занималась театром, но продолжала его любить. После школы, готовясь в МГУ, я подумала: «Дай, все – таки схожу, да и попробую поступить!». Поступила в ГИТИС, на курс Судаковой (Ирина Судакова, актриса МХАТа, профессор кафедры режиссуры драмы ГИТИСа), а она преподавала и у Валерия Романовича Беляковича, она его когда-то учила на курсе у Равенских (Борис Равенских,советский театральный режиссёр, педагог). Еще у нас на курсе преподавал Хвостов Борис Вячеславович, однокурсник Валерия Романовича. И когда он делал какие-то работы с нами, со студентами, он звал Беляковича. Там мы и познакомились. Так что, если бы я не попала к Судаковой на курс, не знаю, как бы жизнь сложилась.

Дарья Евдочук: Я заметила, что ты всегда в театре, приходишь, даже если не занята в постановке, участвуешь во всем, что происходит и в Арт-Кафе (малая сцена), и на основной сцене, и в новогодних вечерах. Тебе интересно все в театральной жизни?

Карина Дымонт: Я просто это все очень люблю. В этом смысле я, может быть, счастливый человек, а может и несчастный, но я другого не знаю.

Дарья Евдочук: Когда репетируешь новую роль, идет ли постоянная внутренняя работа, подготовка, не только во время репетиций, но и каждую минуту в сознании? Видишь ли сны о новой роли, поглощает эта подготовка полностью?

Карина Дымонт: Конечно! Тем более, у нас такая специфика – мы быстро все делаем. Время спрессовывается необычайно в этот период. Сны я вообще вижу редко, но когда играешь старинную какую-нибудь роль, то все равно думаешь о той, о новой.

Дарья Евдочук: В прошлом сезоне у тебя был своеобразный юбилей — 25 лет работы в Театре на Юго-Западе. Пролетели они быстро, запомнились ли какие- нибудь события за эти годы особенно сильно?

Карина Дымонт: Они пронеслись так быстро, что я даже не отдаю себе отчет, что уже 25, и что это за срок такой…В свое время я пришла в совсем другой театр, даже вход в него был другой. Тогда здесь работало всего пять женщин, я стала шестой. И всего пятнадцать мужчин. Я тут пережила кучу реконструкций – в гримерках, на сцене. Было лето, когда Валерий Романович за три месяца поставил шесть спектаклей. Были фантастические гастроли, свадьбы, похороны, рождения, личные трагедии. Да, много чего было…Может быть, в мельчайших подробностях я и не могу вспомнить, но знаю, что это было очень счастливое время.

Дарья Евдочук: За эти годы приходилось ли прощаться с ролями, передавать кому- то и было ли хоть одну роль по-настоящему жалко?

Карина Дымонт: Не-а. У меня счастливое такое устройство. Я не готова расставаться даже сейчас. Мне сорок пять лет, а я играю Нину Заречную. Я понимаю, что с точки зрения биологии и паспорта – это неприлично. Мне не хочется расставаться с этой ролью. Но если наступит такой момент — завтра, или даже вчера он уже наступил — у меня нет сожаления. Так жизнь устроена.

Дарья Евдочук: Значит, это не твой путь – жалеть о прошлом. Ты живешь данной минутой или есть планы на будущее?

Карина Дымонт: Безусловно, у меня есть взгляд в будущее. Я туда стараюсь заглядывать, какие – то планы строить, каких- то мечтов намечтать (смеется). И то хочется, и другое, но я не говорю: «Ой, мало времени в сутках! Ничего не успеваю!». Просто все как-то своим путем идет, случается.

Дарья Евдочук: Ты переиграла многих шекспировских героинь, но когда я увидела тебя в «Куклах», в «Карнавальной шутке», то подумала, что тебе идет амплуа Коломбины. Ты себя чувствуешь комфортнее в каком- либо определенном амплуа или больше влечет полное разнообразие?

Карина Дымонт: Мне кажется, в наших спектаклях есть такая особенность – их сложно жанрово определить. Это фарс или драма, комедия или трагедия, мелодрама? Валерий Романович так ставит спектакли, что они очень многое в себя вбирают. Мне кажется, что у нас артисты все такие счастливые, что они по-хорошему лишены амплуа! На мой взгляд они все могут играть – от высоких трагедий до чего угодно. Хороший артист чувствует себя свободным на сцене. Что значит свободным? Ему хорошо! Валерий Романович нас так растит, что нам просто хорошо.

Дарья Евдочук: А тебе всегда хорошо было во всех ролях или все – таки были некомфортные?

Карина Дымонт: (смеется). Была роль такая, когда я пришла в театр. Это была моя вторая роль. В «Трех цилиндрах» по Мигелю Миура. Я играла Паулу, нам с Олегом Леушиным досталось по главной роли. И все время, что я играла в этом спектакле, не то чтобы мне было не комфортно…я знала, про что играю, я представляла про что, я понимала жанр, но у меня есть ощущение, что эта роль мне не удалась. Я не знаю, как это было на самом деле, но какая-то у меня в этой роли есть недосказанность.

Дарья Евдочук: Как ты думаешь, обязательно ли любить своих героинь, когда их играешь?

Карина Дымонт: Конечно!

Дарья Евдочук: А вдруг вы настолько разные, что тебе такой характер не интересен?

Карина Дымонт: Так не бывает! Слава Богу, мы все люди – человеки, и в нас столько всего напихано, и вложено, и нажито, что главное хорошенько покопаться в самом себе, и найдется, что угодно.

Дарья Евдочук: Поскольку ты из музыкальной семьи, сама тоже музыкальный человек?

Карина Дымонт: Конечно, я умею зажимать аккорды на гитаре и знаю их штук девять. У меня был педагог по фортепиано, я на нем играю, ноты читаю, но это все должно быть практиковано.

Дарья Евдочук: Петь любишь?

Карина Дымонт: Да! Люблю петь!

Дарья Евдочук: В театре доводится это делать?

Карина Дымонт: Да, периодически мы что – то на сцене поем. И даже не периодически, у нас вообще музыкальный театр, и мы часто поем.

Дарья Евдочук: После ухода Валерия Романовича, меняется ли театр, чувствуешь ли ты какие – то новые тенденции и приветствуешь ты их или боишься?

Карина Дымонт: Театр, конечно, стал другим! В нем нет Валерия Романовича. Еще не так много времени прошло, но лет через пять – посмотрим. Театр работает. Валерий Романович придумал такой замечательный организм, такое прекрасное чудовище, как Театр на Юго-Западе, которое живет. Изнутри эти тенденции сложно понять, скорее снаружи. Внутри я чувствую одно – нет Валерия Романовича.

Дарья Евдочук: Что ты репетируешь сейчас?

Карина Дымонт: Сейчас мы репетируем в Арт-Кафе спектакль «Маленькие убийства» Джулса Файфера. Его ставит актер нашего театра, который сейчас учится на режиссера — Максим Лакомкин. Максим нашел эту пьесу очень длинным путем, практически выцарапал ее из бетонной стены, откуда достать было невозможно. Но он достал на языке оригинала и сам ее перевел.

Дарья Евдочук: Поэтические вечера, в которых ты всегда участвуешь, кто их ставит?

Карина Дымонт: Есть такой спектакль – «Червонный валет» по Марине Цветаевой, его режиссировал Олег Анищенко. Сначала это был моно-спектакль, потом туда добавился Антон Белов и сам Олег тоже принял участие, а еще был чудесный балалаечник. Затем меня позвали в Люксембург, я это и там сыграла. Сначала переживала — как я в Люксембурге Цветаеву читать буду, да еще без балалайки? (смеется). Оказалось, могу.

Цветаева – это был мой выбор, еще институтская мечта. Эту работу мы начинали в ГИТИСе делать с Антониной Кузнецовой, великой актрисой, но тогда из этого как-то ничего не вышло. И вот мы доделали с Олегом Анищенко.

Так что, все началось с Цветаевой, как закрытие неких долгов.

Сейчас поэтические вечера – это наша история с Максимом Лакомкиным. Цель наших вечеров под названием Стихи.PRO – вспомнить слово, вспомнить книгу. Мы намеренно не учим стихи, мы открываем книгу. Читаем стих, как стихотворение, как слово, как рифму, как красоту, как мысль. Хотя, конечно, этого невозможно добиться, чтобы люди услышали стих, минуя актерскую окраску.

Дарья Евдочук: Кто выбирает стихи?

Карина Дымонт: Сидим, обсуждаем. Сначала возник такой нижегородский автор Алик Якубовский, потом мы вспомнили Олега Григорьева, и он у нас совместился с Сашей Черным — их почитали. Затем, обсуждая этих двух авторов, мы вспомнили Высоцкого, Есенина и Башлачева — равновеликих, но разноэпоховых, равных эмоционально, таких полюсных, нервных, истеричных поэтов. Недавно был вечер, на котором мы читали этих авторов.

Дарья Евдочук: Карина, недавно в Театре на Юго-Западе родился новый проект, в котором ты уже тоже поучаствовала – «Импровизационный БАТЛ». Что ты можешь сказать о нем?

Карина Дымонт: (смеется). Во-первых, я бы хотела, чтобы раздались громкие продолжительные аплодисменты в адрес человека, который все это придумал! Я понимаю, что Максиму Драченину, автору проекта, многие помогают, но знаю также, что в таких делах восемьдесят процентов вещей все – таки человек делает сам: генерирует идеи, доходит до департаментов, правителей. Перед Максимом снимаю шляпу и — глубокий реверанс.

Затея прелестная, замечательная, хулиганская с одной стороны, с другой стороны- профессиональная, затея далекой и интересной судьбы.

Дарья Евдочук: Ты будешь еще принимать в этом участие, если случится?

Карина Дымонт: Конечно, это же такое приятное занятие!

Дарья Евдочук: В театры часто ходишь?

Карина Дымонт: Не могу сказать, что часто, но хожу. Есть вещи, которые меня бесконечно восхищают. Вот уже несколько лет не идет из головы спектакль, который я очень люблю, еще памятуя свои таганские впечатления – «Добрый человек из Сезуана», который идет сейчас в Театре им. Пушкина. Это потрясающий спектакль. Видела Диденко спектакли.

Смотрела я и иммерсивные шоу, которые сейчас модны. Когда-нибудь они придут к той форме, которая будет интересна всем. Пока я смотрела два таких спектакля в Москве, и не один из них не оставил во мне желания пойти еще раз. Хотя, надо сказать, там фантастически здорово, профессионально работают артисты. Это же сложный формат, когда ты находишься не то, что в метре, как у нас в театре, а в двух сантиметрах от зрителей, соломинку не просунуть! Этот жанр у нас только в начале своего пути, но он очень интересный.

Дарья Евдочук: Сама хотела бы принять участие в иммерсивном шоу?

Карина Дымонт: Я все хочу! Я и на Луну хочу! Я готова на все. Иногда я в подобных спектаклях играю. У меня подруга делает такого рода постановки на праздники — дни рождения, свадьбы. Конечно, не на таком уровне, но похоже.

Дарья Евдочук: У Валерия Романовича была мечта расширить театр, получить помещение побольше. Сейчас и Олег Николаевич (Олег Леушин, художественный руководитель Театра на Юго-Западе) пытается это осуществить. Как думаешь, не потеряются ли эти камерные спектакли в большом зале?

Карина Дымонт: Нет, ничего не поменяется! Мы же много ездили — и в Японию, и в Америку, и на двухтысячные и на трехтысячные залы играли! У Валерия Романовича такие волшебные спектакли, они хорошо смотрятся на больших сценах. В большом зале мы охватим еще больше людей, и еще больше зрителей будут уходить счастливыми из нашего театра!

Дарья Евдочук: Но это будет другое место! 25 лет ты приходила сюда… Хотя, ты же не жалеешь о прошлом?

Карина Дымонт: Было время, когда Валерий Романович ставил спектакли в театре Станиславского, и мы ездили туда играть. Нормально. Как говаривала одна моя знакомая: «Артист погрузил свои пожитки в повозочку, ослика запряг и поехал». Подпоясался, да поехал, коврик расстелил — сыграл: во дворце – ради Бога, в лачуге – тоже хорошо!

Дарья Евдочук: Ты любишь ездить со спектаклями в другие города?

Карина Дымонт: Очень! Я обожаю гастроли! Люблю перемещения, путешествия. Прошлым летом у нас было приключение – мы ездили на гастроли со спектаклем «Москва – Петушки» в город Осинники. Это под Новокузнецком. Трое суток мы ехали на поезде. Опять хочу в Осинники! (смеется).

Дарья Евдочук: Удается что-нибудь посмотреть в другом городе?

Карина Дымонт: Мы традиционно ездим на фестиваль «Славянский базар» в Витебск. И, хотя я уже неоднократно там была, очень люблю в свободное время ходить-бродить по городу.

Дарья Евдочук: Чем любишь заниматься в свободное время?

Карина Дымонт: Когда оно выдается, я очень люблю готовить, читать, люблю ничего не делать. Я люблю ходить в театры. В кино тоже! Недавно посмотрела фильм Рустама Хамдамова «Мешок без дна». Открыла для себя потрясающий кинозал, который находится в Третьяковской галерее. Отличное место для просмотра кино, где нет людей с попкорнами и мобильными телефонами. Там я и посмотрела прекрасный фильм Хамдамова. Всем советую!

Дарья Евдочук: Где ты любишь проводить отпуск?

Карина Дымонт: Во Франции. У меня самая близкая подруга живет там, она счастливая обладательница четырех детей. Младшую дочку я крестила.

Дарья Евдочук: Во время отпуска начинает через какое-то время хотеться в театр или наоборот — думаешь – ой, опять на работу скоро!

Карина Дымонт: Нет! «Опять на работу!» никогда не думаю. Так исторически сложилось, что у нас 12 сентября всегда сезон открывается, и я просто знаю, что в этот день он начнется. Вообще, артисты такой счастливый народ! Мы занимаемся тем, что мы любим, что нам приносит бесконечное удовольствие, а нам еще за это деньги платят! Пускай небольшие, но все равно счастливее людей себе сложно представить.

Текст и интервью: Дарья Евдочук

Фотографии: Сергей Тупталов, Константин Горячев, Вероника Игнатова

comments powered by HyperComments