Вы здесь
Главная > Кино > Президент приехал

Президент приехал

Немного грустно, что скоро зима. Но и в зиме есть свои плюсы — например, фестиваль «Артдокфест«, который пройдет с 6 по 12 декабря в кинотеатре «Англетер».  28 ноября в красивой кофейне на Петроградской состоялся пресс-брифинг, на котором журналисты смогли узнать, что будет в этом году на фестивале. Приехал президент, «но, к счастью, не тот, о ком вы подумали, а Виталий Всеволодович Манский».

Виталий Манский: На «Артдокфесте» в этом году 137 картин. Мы привезём в Питер 14 режиссеров.В В Петербурге традиционно будет показана наша главная программа — конкурс и пять спецсобытий. Конкурс, напомним, состоит из фильмов, снятых в любой стране мира на русском языке. Половина конкурсной программы этого года произведена зарубежными авторами, и все они так или иначе связаны с Россией. Заметил интересную деталь — раньше зарубежные и российские документалисты шли параллельными курсами, а теперь иностранцы по-прежнему пристально всматриваются в ключевые проблемы актуального свойства, в то время как наши начинают уходить от острых вопросов. Это не значит, что фильмы хуже, но режиссеры углубляются в глубокие темы — например, гендерные проблемы. В фильме «Пятёрка» режиссёр Михаил Горобчук ведёт длительное наблюдение за человеком и его автомобилем. Картина снята в окно квартиры Михаила. Или фильм молодого питерского фотографа «Severe» — яркая ёмкая чёрно-белая картина, являющая образ Севера. Это очень сильное кино, но оно оторвано от пульсации времени. Или интимный фильм Руслана Федотова «Песни для Кита» о судьбе женщине без определенного места жительства. В прошлом году у нас был фильм Константина Селина «Хроники неслучившейся революции«. В 2017 году таких российских картин у нас нет, а зарубежные есть. Картина Селина будет показана 6 декабря на телеканале «Настоящее время», где я веду программу «Реальное кино». Фильм символически откроет «Артдокфест» в телевизионном эфире. Сегодня утром я записывал новую программу. Мы ходили вокруг Авроры, и говорили о том, где были наши коллеги сто лет назад и почему революция оказалась за кадром хроники, а всё, что многие молодые люди сейчас считают хроникой — это реконструкции последующих лет, начиная с фильма «Октябрь».

Фильмы «Артдокфеста» представляют «чернушный» взгляд на жизнь? Есть ли надежда?

Я сегодня Косте Селину задал вопрос: «Твой фильм очень честный, и он рассказывает о неслучившейся революции. Не кажется ли тебе, что ты закладываешь в историю кирпич разочарования?». Он сказал, что картина очень оптимистичная. Отвечу на ваш вопрос так. Есть чернуха ради фактурного наличия, а есть чернуха, предъявляющая боль и сочувствие. Чернушных картин на нашем фестивале, пожалуй, нет. Самая чернушная картина — это «Вэаюфром» Дмитрия Лавриненко. Она о странном дворнике, который снимает на плёнку свою жизнь. Герой, похоже, не совсем здоров, да и режиссёр немного специфический. А всё остальное, даже фильм «Песни для Кита», несмотря на то, что главная героиня — лицо БОМЖ, снят очень любовно. Когда я это кино смотрел, то мне всё время казалось, что это «Ночи Кабирии». Героиня чем-то похожа на Джульетту Мазину. А есть просто светлое кино — например, «Другая жизнь» Дмитрия Васюкова. Его многие знают по фильму «Счастливые люди», который выходил в мировой прокат. Его новая работа повествует о жизни на Алтае, и при всей драматичности сюжетных линий он очень добрый.

Какие фильмы в этом году вас больше всего зацепили?

Каждая картина, включенная в конкурсную программу, так или иначе, потрясла. Потрясение — это один из аргументов для того, чтобы включить картину в конкурс. Иногда мы не включаем фильмы по объективным причинам, пусть даже они фундаментальные и профессиональные. Кинофестиваль предполагает развитие киноязыка и эмоциональных ощущений, которые предъявляют картины. Для меня важно радикальное режиссёрское решение. Примером такого решения, например, стала картина «Полёт пули» Беаты Бубенец — это 84-минутный фильм, снятый одним кадром. Она снимала на Майдане и востоке Украины. Нашлись продюсеры, которые дали ей возможность сделать из документальных материалов фильм. Накануне презентации проекта в Праге Беату пробивает, что не нужен никакой фильм — надо делать всё одним кадром. Продюсеры сказали: «Нам не нужен один кадр. Мы хотим многокадровое кино». И Беата отказывается от продюсеров, остаётся одна, одинокая русская женщина, с этим материалом, и всё-таки делает картину одним кадром. Мы в Риге на питчинге «Артдокфеста» помогли ей найти продюсеров, поверивших в историю одного кадра. В итоге Петербург, Москва и Екатеринбург увидят этот очень радикальный фильм. Медуза сделала дайджест фильмов, снятых одним кадром, и оказалось, что их очень мало. Даже у моём любимом фильме «Старше на 10 минут» Герца Франка есть склейка — маленькая и незаметная, но она есть. «Русский ковчег» Сокурова снят одним кадром, но это не совсем документальное кино, скорее докудрама. Я смотрел фильм «Полёт пули» поздно ночью, уставший, и, думаю, автор бы меня простила, если бы я немного подмотал. Но я не мотал.

Почему фильм «Процесс: Российское государство против Олега Сенцова» об Олеге Сенцове снимают представители Эстонии, Чехии и Польши, а не России?

Это легко объяснимо, хотя и не делает чести России. Автор — российский режиссёр Аскольд Куров, но фильм, премьера которого состоялась на Берлиннаре, и была одной из ключевых событий фестиваля, не пригласили ни на один из российских кинофестивалей. При этом фильм «Процесс» никак не нарушает российское законодательство, как и все остальные фильмы «Артдокфеста». И всё, о чем говорится в фильме, было в российских медиа. Более того, там представлена позиция российских медиа и обозначена как одна из линий картины. Так же в фильм включены высказывания выдающихся кинематографистов, которые говорят о Сенцове. То, что картина никак не поддержана российской стороной — это просто факт сегодняшнего дня. Мы запустили проект Artdoc.Media, который вам может помочь в работе. В частности, там можно узнать, какие фильмы были поддержаны Минкультуры. Я неделю назад туда заходил, и узнал, что из 137 фильмов этого года поддержаны Министерством культуры только четыре. Не конкурсные, а других параллельных программ.

Вы ознакомились с «отреставрированной» по просьбе Минкультуры версией фильма Андрея Осипова «Восточный фронт «?

Я не смотрел версию военно-исторического общества. Даже если этот текст принадлежит перу Хемингуэя, Александра Сергеевича Пушкина или Захара Прилепина, государство не имеет права до такой степени вторгаться в творчество отдельно взятого художника. Мы на фестивале ставим в один ряд фильмы «Восточный фронт» и «Сталинград. Мы ещё живы, или нет?» Алексея Янковского. Янковский использовал при создании фильма те самые пресловутые 32 листа текста, это его авторское решение и месседж зрителя. Если бы Минкультуры предложило ему убрать этот текст, это было бы таким же насилием, как и рекомендации текст добавить. Я Пастернака не читал, но осуждаю. Фильм с текстом я не смотрел, но сам факт вторжения в судьбу произведения считаю порочной практикой. Зато «Восточный фронт» — один из четырёх, поддержанных Министерством культуры.

У всех фильмов фестиваля есть прокатное удостоверение?

У всех либо прокатное удостоверение, либо это фильм зарубежного режиссёра, которому удостоверение не нужно, как «Война ради Мира» украинского режиссёра Евгения Титаренко. Тут шаг вправо, шаг влево — расстрел. Мы самый законопослушный фестиваль на территории РФ. Говорим всем режиссерам: «Давай прокатное удостоверение». Некоторые удивляются: они уже показывали фильм на множестве фестивалей, и нигде удостоверение не требование. Мы на это отвечаем: «Дружище, «Артдокфест» проверяет вот эта организация, эта, эта и ещё, как ни странно, вот эта». Мы не хотим подставлять «Англетер» или «Горизонт», подводить их под суд. У нас есть опыт двадцати одного судебного заседания Хамовнического суда Москвы за прокат студенческого фильма без прокатного удостоверения. Судья в мантии, клетка, «Всем встать, суд идёт». Люди, обвиняемые в убийстве, годами ждут зала для заседаний. Но они заняты.

Часть режиссеров отказалась от показов фильма в России?

Мы находимся в такой фазе, когда некоторые режиссеры не хотят показывать фильмы в России. В первую очередь это украинские авторы. Какие-то отказы поступают доверительно и интимно, в личных разговорах. Я хотел показать фильм украинского режиссёра Сергея Буковского «Главная роль», абсолютно аполитичное кино, портрет его мамы, актрисы Нины Антоновой. И Серёжа мне сказал: «В Ригу приеду, но я не хочу, чтобы фильм о моей маме, которую я безумно люблю, показывался в стране, где есть люди, которые считают нас фашистами, пришли на нашу землю и убивают моих сограждан». Другие авторы из своих отказов делали пиар-компании для своих фильмов, с бурными обсуждениями. В целом отказ от показа в России — вредная и опасная тенденция. В Риге мы показывали французскую картину «Выбор Олега», которая повествует о русских людях, поехавших воевать в Украину. Документалисты провели два года в окопах на Донбассе вместе с офицером Олегом. В России картина не будет показана, потому что авторы стали получать угрозы от  участников фильма, которые по результатам посчитали кино опасным для их карьеры в России. Фильм должен был быть в конкурсной программе, он один из самых сильных лент за последнее время.

Виталий Манский: «Артдокфест» — отличный трамплин для молодых режиссеров. В этом году мы извернулись, и авторы фильмов могут теперь пообщаться со зрителями. Отель «The Faces Kaleidoscope» бесплатно предоставит номера для режиссеров. В таком формате мы существуем уже не первый год. И без зависти смотрим на Кирилла Серебренникова и Петербургский Культурный форум, на котором вообще непонятно что происходит. Лучше уж так, как мы.

Какие у фестиваля есть призы?

«Артдокфест» от других фестивалей отличается строгостью выдачи призов. У нас три приза: Гран-при, лучший полнометражный фильм и приз жюри, никакие уважаемые газеты, заводы и пароходы к нам со своими призами не приходят. Впервые к бронзовой скульптуре мы прикладываем нечто материальное: новый компьютер Apple и звуковые системы. Все предыдущие годы участники «Артдокфеста» боролись за призы без дополнительных пряников. Но в пряниках нет ничего плохого, особенно если свежие.

Про какого медийного человека сейчас интересно было бы снять кино? Как о Немцове.

Про Навального. О нем уже снимается кино. Про Собчак снимает фильм Беата Бубенец. Про медийных людей кино снимают, вопрос — какое. И хотелось бы, чтобы оно снималось про живых героев.

Были какие-то сложности в этом году?

Организации, которые по долгу службы внимательно следят за нашим фестивалем, знают, что мы законопослушны, и с этой стороны к нам не подкопаться. История вокруг фильма «Правый сектор» и якобы гериоризации фашизма может привести к провокациям. Боюсь, что зелёнка возможна. Вброшена лживая информация о фильме, который никто не видел. Он не будет показан ни в Питере, ни в Екатеринбурге, а в Москве мы его перенесли из «Октября» на другую площадку. Но люди подогреты и одурманены — они могут прийти на любую картину и проявить агрессию. Всё непредсказуемо. У нас есть программа «После союза.doc», которая позволяет увидеть другую Беларусь, Киргизию, Грузию, Преднестровье. «Доброе утро, Преднестровье» — это вполне возможное будущее России. Северной Кореей мы стать не можем, а Преднестровьем — вполне.

Расскажите о фильме «Осёл. Work in Progress» Анатолия Васильева. Чего нам ждать?

Анатолий Васильев наш фестиваль любит и знает. Он был членом жюри и внимательно смотрел всю программу. На «Артдокфесте» он увидел съёмочную группу фильма «Саламанка»: Руслана Федотова и Александру Кулак, и пригласил её в свою картину «Осёл». Васильев приедет в Москву и Петербург, протестирует фильм на реальной аудитории и, возможно, внесёт изменения в финальную версию картину. Кто не знает творчество Анатолия Васильева, не идите на этот фильм. Вы эту картину не поймёте.

Вы говорите, Северной Кореей мы не станем. Почему?

В Северную Корею перейти нельзя. Ее возникновение — это аномалия, возникшая  в результате противостояния двух мощнейших империй. Повторение Северной Кореей на планете Земля невозможно, но разворот в эту сторону — катастрофа для любого общества.

А чем тогда закончатся туристические поездки в Северную Корею? И эта дружба?

Это фейк. Попробуйте купить туда путёвку, особенно если вы журналист. В Северную Корею едут официальные делегации, оформленные как туристические поездки. Насчёт дружбы — эта страна стала одной из немногих «прогрессивных» государств, которые признали аннексию Крыма, наряду с Венесуэлой и Кубой. Долг платежом красен.

В преддверии выборов как Виталий Манский готовится к следующему «Артдокфесту»?

Прежде всего: Манский готовится к «Артдокфесту» и выборам. Мы очень активно развиваем нашу интернет-платформу, где пытаемся заранее воссоздать аналоги реальных кинозалов, обсуждений после показа и тремя звонками перед сеансом. Это всё делается на случай если  возникнут форс-мажорные обстоятельства.

Почему девиз фестиваля этого года — «Верхи не могут, а низы не хотят»?

Это Владимир Ильич Ленин сказал. Девизом фестиваля эта фраза стала, потому что, на мой взгляд, «верхи не могут, а низы не хотят».

Фантастическая команда питерского «Артдокфеста» в этом году такая: куратор фестиваля Людмила Липейко, пресс-атташе Татьяна Троянская, Оля Комок из пресс-службы фестиваля. «Женился бы на всех» — добавил Виталий Манский.

Текст: Алла Игнатенко

Фотографии из открытого доступа

comments powered by HyperComments