Вы здесь
Главная > Интервью > Константин Дунаевский: Наши слушатели носят очки и читают книги

Константин Дунаевский: Наши слушатели носят очки и читают книги

В преддверии открытия нового сезона Roof music fest 14 мая мы пообщались с фронтменом коллектива Дунаевский Orchestra и актёром Молодежного театра на Фонтанке Константином Дунаевским. Говорили о театре, музыке, моногамности и «Заводном апельсине».

Театр ещё играет какую-то роль в вашей жизни?

Самую прямую. Театр даже поважнее чем музыка. Я продолжаю работать (в Молодёжном театре на Фонтанке, прим. Около) и пока не планирую уходить. Есть люди полигамные и моногамные. Вот я абсолютно моногамный человек, и мне важно провести всю свою карьеру в театре, который меня воспитал. Я не любитель бегать по всяким разным театрам, вливаться в какие-то другие методики. У меня есть знакомая, которая уже в шестом театре работает, хотя ей ещё нет тридцати лет. Я люблю моногамность. Во многом из-за этого моего желания музыканты от нас уходили толпами. Сейчас я стал к этому относиться к проще.

Получается совмещать музыку и театр?

Да, получается. По крайней мере мне удалось сделать невозможное. Наш художественный руководитель (Семён Спивак, прим. Около) – очень принципиальный человек, но ему очень нравится то, что делает группа Дунаевский Orchestra, был на нескольких наших концертах. Он видит в этом какой-то серьез и понимает что наша музыка – не дуракаваляние, а вторая профессия. Конечно, они меня часто используют в театре – если нужно что-то сыграть, спеть, развести аранжировку, звонят Косте. Я очень дорожу тем, что худрук уважает наше творчество. В других театрах ситуация могла быть совершенно другая и мне могли сказать: «Давай-ка ты выбирай». Например, моя подруга пошла работать в МДТ, и она говорит, что там невозможно вообще даже подрабатывать, нужно преданно служить в театре от начала до конца. У них в десять утра начинаются репетиции, они все играют на инструментах, все поющие музыканты. Зато у них крутые гастроли – сейчас они находятся в Вашингтоне.

14 мая вы выступаете на Roof music fest. Расскажите об этом.

Мне очень нравится то, что это первый раз когда я могу спокойно заниматься творческой частью. Организаторы взяли на себя рекламу, пиар, а наша задача – отыграть концерт. Обычно перед классическим концертом мы всё это делаем сами. И к моменту, когда подходит день концерта, ты уже настолько измучен всей этой информационно-административной штукой, что настроения уже нет. А мы независимая группа, у нас нет директора и лейбла, и это принципиальная позиция – мы поработали с директором и продюсером, и поняли что это хуже свободы. Концерт будет в двух отделениях: первое мы сыграем маленьким ансамблем, так называемым Дуня Band, мы ещё ищем название для него, а второе будет играться большим составом из десяти человек. На концерте в The Place мы впервые попробовали такой формат: сначала сыграть в маленьком составе, а во втором отделении выйти большим оркестром. И публике это понравилось, народ требует продолжения банкета. Оно будет 14 мая.

О чём ваши песни?

О том как не нужно сдаваться в борьбе с окружающей действительностью. Жизнь непроста, и нужно всегда с улыбкой идти по этому пути, не расстраиваться если что-то не получается, не горевать если у кого-то «Мерседес», а у тебя «Жигули». И быть проще. Ребята, не усложняйте.

А у вас самого получается быть проще?

Нет. Мне кажется, всё в жизни определённым образом уравновешено. То есть, если ты комик, то тебе очень тяжело живётся. Если проследить за биографией великих комиков, там Луи Финеса, Фаины Раневской, Аркадия Райкина, то они жили очень непростой жизнью. Я думаю что им дорогого стоил этот юмор и эта энергия, которые делали людей счастливыми. А, когда они приходили к себе домой, им было очень плохо. Я очень непростой человек, и маленькое количество людей знает меня настоящего: прежде всего наша солистка Гульнара, с которой мы живём пять лет. Но помогает наша группа, музыка и в том числе театр – Семён Яковлевич тоже всегда говорит, что нужно упрощаться. Если бы я был каким-нибудь офисным работником, я был бы героем Эдварда Нортона в фильме «Бойцовский клуб». Я работаю над собой.

Кто ваш слушатель?

Я думаю, это те люди, которые хотят немножко встряхнуться. Когда мы только начинали, нам всё очень нравилось, и мы не думали о том, кто наша публика и про что наши песни. Мы думали о том, что песен должно быть много и концерт через неделю. А потом, спустя три года, мы задумались – так кто наша публика? А у нас уже был сформирован фан-клуб и мы решили что время покажет. Если брать среднестатистического слушателя, то это девушка 22-23 лет. Она уже закончила учиться и работает на какой-то, может быть, очень-очень скучной работе в офисе. И вот наступает магическая суббота или воскресенье, и она выбирает куда ей пойти – в Мариинский театр, на фильм Мартина Скорсезе или всё-таки на концерт Дунаевский Orchestra, который в каком-то смысле и фильм Мартина Скорсезе, и Мариинский театр. И, конечно, она выбирает Дунаевский Orchestra, потому что​ это, во-первых, дешевле, во-вторых, ближе – мы всегда выбираем площадки попроще и поближе. Я думаю, что наши слушатели – это простые люди, незамороченные. По крайней мере, наше последнее выступление на крафтовом фестивале (Craft weekend в Ленэкспо, прим. Около) показало, что это простые люди. На то, чтобы завоевать публику, у нас ушло примерно минут 11. Это быстро.

Это были пьяные люди?

Они ещё не были пьяные. Было всего пять групп, мы выступали третьими, через два с половиной часа после того, как всё началось. Не думаю, что за два с половиной часа пивом можно напиться до такого состояния, что не стоять на ногах. А ничего крепче сидра там по-моему не было, а в основном – пиво.

Сами успеваете ходить на концерты?

Да, я стараюсь ходить на концерты. Последний, на котором я был, это концерт «Меджикул» в клубе «Космонавт»», презентация альбома. Мне нравится эта группа, мне кажется у нее все в порядке с позиционированием, они бьют в один гвоздь. Они выпустили классный дискофанк альбом и я хотел его послушать вживую. На сцене было 17 человек. Мне показалось, это очень круто, они играют дискофанк, который я очень люблю и буду слушать ещё лет тридцать как минимум.

Знаю что в своё время вас вдохновила на творчество группа Billy`s band. Нравится ли она вам сейчас?

Я по-прежнему считаю, что эта группа очень талантливая, хотя ее три года назад и занесло на просторы джаза, когда Билли открыл «Шляпу» (The Hat, прим. Около). Теперь только джаз, джаз, джаз. У меня к этому музыкальному стилю свое отношение – я считаю что он переоценен, но эта музыка​ очень важна, ее нужно слушать и любить. Но я верю в других музыкальных богов. Поэтому я желаю всего хорошего группе Billy`s band, желаю ей успехов, процветания и новых альбомов. Это очень питерская группа, очень талантливый коллектив. Раньше мне казалось что их музыка феноменальна, сейчас я слушаю другую.

Кто сейчас у вас примеры для подражания в музыкальном плане?

Я был очень вдохновлён первым альбомом группы «Ленинград», который назывался «Пуля». Я его обнаружил совершенно случайно на волне успеха последних клипов «Ленинграда». До того я эту группу знал как все: что есть Шнур, какие-то солистки, есть прекрасный альбом «Дачники». Но я не знал с чего всё началось. Оказывается, до «Дачников» было ещё два альбома – «Мат без электричества» и «Пуля». И если в «Мате без электричества» пел уже Шнур и там были уже все эти песни про шоу-бизнес, которые мы знаем, то в «Пуле» были приблатненные полушансонные песни с чудовищной классной энергетикой. И эти песни пел первый солист Игорь Вдовин, и никто сейчас не скажет что это песни группы «Ленинград», они подумают что это «АукцЫон» или что-то около того. И мы взяли песен пять из этого альбома, немного их почистили, добавили что-то​ своё и исполняем эти песни в маленьком составе, даём им вторую жизнь. Альбом «Пуля» произвёл на меня впечатление. Сейчас, когда ехал на интервью, слушал новый альбом Kasabian, это очень крутая британская группа. Наверное, буду слушать этот альбом ближайшую пару дней. Так, что-то ещё я себе скачивал (заглядывает в телефон). А, была пару лет назад такая звезда ютуба Константин Ступин, панк из Орла, ужасающего вида, у него нос сломан в двадцати местах. Жёстко он выглядел – на вид ему было лет 70, а на самом деле где-то 39. Если набрать «Константин Ступин», то поисковик выдаст видео, как он на расстроенной гитаре играет очень крутой рок-н-ролл. Оказалось, это бывший солист группы «Ночная трость» из Орла, и у него огромное количество песен, и это очень пронзительные страшные песни, но стильные, честные и мощные, я прямо проникся этим творчеством. Но он умер правда недавно. Но Ступин прожил настоящую жизнь панка. Надеюсь, что большое количество людей заметило его, успело заметить, потому что слава к нему пришла только после вот этого видео с помойки. Такое часто бывает в жизни артистов – слава приходит тогда, когда она уже нафиг не нужна.

Вы будете принимать участие в Ночи музеев (Дунаевский Orchestra будет играть в Театральной библиотеке, прим. Около). Как так получилось?

Нам предложили сыграть и мы согласились, у них там (в Театральной библиотеке, прим. Около) есть какой-то зальчик небольшой. Постараемся прокачать публику как следует. Вы спросили кто наши слушатели – так вот они придут на Ночь музеев. Наша публика читает книги, а не сидит в телефонах. Она ходит в театры. Это люди, которые носят очки. Я сам не ношу очки, но это часть имиджа, моя жизненная позиция.

Как сами относитесь к Ночи музеев? Участвуете?

Отношусь очень хорошо. Был на этой акции пару лет назад. Считаю что это крутая акция – культурная столица​ должна быть культурной. И это одна из попыток быть ею.

А сами что читаете?

Я сейчас читаю биографию Джонатана Айва, главного дизайнера Apple. Мы сейчас делаем сайт и я хочу его сделать по дизайну Айва. Я считаю, то, что делает компания Apple – так и должно быть, это правильный подход. Нужно быть передовиками. Мне интересно понять, как думает человек, который делает что-то лучше чем все остальные. После этой книги буду читать философскую китайскую литературу.

Почему именно китайскую философию?

У меня начинает хромать управление. Ведь коллективом тоже нужно уметь управлять – у меня в оркестре девять человек, и для них нужно быть ведущей единицей. Если ты не умеешь ими управлять, то как ты будешь взаимодействовать с тысячами человек? Тебе нужно научиться контролировать людей. Иногда приходится​ подбирать очень точные слова для каких-то ребят, вот я и подумал что нужно почитать какую-нибудь китайскую литературу. Конфуция, например.

У вас авторитарный стиль руководства?

Иначе всё рассыпется. В «Ленинграде», например, авторитарное руководство. Но, если авторитарный стиль переходит в диктатуру, сразу возникают проблемы – музыканты начинают закрываться, и будет очень дорогого стоить наладить с ними контакт, если ты на него наорал или выгнал. Конечно, любой человек, слушающий Дунаевский Orchestra, видит как меняются лица на концерте, и понимает что есть текучка. Но она вызвана тем, что я категорически не принимаю идеологию и мировоззрение петербургских музыкантов. Я убежден, что, если они сконцентрируют своё внимание на одной группе, то получат гораздо больше, чем если они будут бегать туда – сюда, распыляться на шесть, семь, восемь коллективов. К нам сейчас пришел классный парень – саксофонист, Денис Юрченко. Я думаю что он задержится надолго – по крайней мере у него очень правильный подход к музыке и к работе. Очень хороший гитарист сейчас, Саша Ермаков, отчаянный парень из Украины, с той её части, которую бомбят. Он еле ноги оттуда унёс в 2015 году. Он гитарист – самоучка, но впитывает в себя всё как только может. Барабанщик тоже хороший. Можно ему привет передать?

Конечно.

Паша, ты достал всех своим Инстаграмом. Остановись, пока не поздно. Всем насрать на то, что ты прокачал «Лужники», у тебя уже 60 постов вышло на эту тему. Давай уже, прокачивай «Олимпийский».

Вы имеете какое-то отношение к премьере Молодёжного театра «Прошлым летом в Чулимске»?

Я вчера ходил на генеральный прогон. Имею отношение к этому спектаклю только в том плане, что он выходит в моем театре. Я считаю, что в спектакле есть замечательные актерские работы, сильная режиссура, все сцены здорово разобраны и проанализированы, но я не понял про что пьеса.

По-моему все пьесы Александра Вампилова очень скучны.

Может быть. Я никогда не понимал пьесу «Утиная охота», хотя видел три спектакля по ней. «Прошлым летом в Чулимске» я видел в первый раз в жизни вчера. В сюжете новостей о новом спектакле Семён Яковлевич рассказывал, что это о том, как в глушь, где люди живут только  меркантильными интересами и плотскими утехами, приходит ангел. И что они с этим ангелом в итоге делают.

Прям как в «Догвилле».

Кстати, да. Я полагаю, он это и имел ввиду. В спектакле главную роль играет студентка второго курса Даша Вершинина, и такая большая работа.

В пресс-релизе сказано, что это спектакль об исчезающей чистоте.

Может быть. Знаете, в свете последних событий со всякими Дианами Шурыгиными и Ирами Сычёвами будет интересно посмотреть, что можно сделать с чистым человеком и до чего его можно довести. Думаю, это спектакль в большей степени для молодых, чтобы они извлекали какие-то выводы.

Какова на ваш взгляд главная задача театра?

Нужно балансировать между воспитанием и развлечением. Потому что, если ты будешь только воспитывать, это будет страшно скучно, зритель будет зевать. Можно поднимать больные темы, но делать это легко. Ни в коем случае нельзя развлекать ради развлечения. Можно в интернете Comedy club посмотреть. Я считаю, что после спектакля должно быть эмоциональное потрясение. Но время меняется и зрителей, особенно молодых, всё сложнее потрясти – они уже всё видели и они во многом всеядны. Я обеими руками за то, чтобы запретить музыку в интернете. Я хочу покупать музыку. Когда я был маленький, мне давали пятьсот рублей и я шел покупал десять дисков по 50 рублей. Приходил домой и слушал, какие-то диски до дыр заслушивал. И я считаю что это честно по отношению к музыкантам и музыке. Я считаю что сто рублей за альбом – это абсолютно нормальные деньги. Стоимость потраченных средств на альбом Дунаевский Orchestra – более 400 тысяч рублей. Будет справедливо если мы отобьем эту сумму продавая альбом и выйдем в ноль. Но люди хотят халявы.

Менталитет такой.

Возможно. У нас было два концерта в Финляндии в прошлом году, у нас купили все диски и весь мерч – мы неплохо заработали. Я надеюсь что и у нас люди задумаются и начнут с уважением относиться к музыкантам.

Что вас вдохновляет на творчество?

Какая-то ситуация, которая мне кажется дико несправедливой. Сейчас, например, я пишу песню про троллинг. В репертуаре Молодёжного театра есть спектакль «Синие розы». В этом спектакле играл артист, который теперь живёт в Австрии. До последнего момента он летал туда-сюда, играл, но потом понял что уже не получается. Стали думать что делать. У него главная роль. Приехал из Нью-Йорка режиссёр Лев Шехтман и сказал: «Давайте сделаем ввод». Начались очень тяжёлые репетиции. Не было хореографа, хотя в спектакле очень много танцев. В итоге у меня было порядка 20 дней, в каждый из которых я приходил в театр в десять утра и уходил в час ночи, репетировал, очень волновался. К премьере у меня стали кончаться силы, я заболел. Но потом мобилизовался, отыграл эту премьеру, нигде не напортачил, всё сделал хорошо и режиссёр был мной доволен. Каково же было мое удивление когда увидел комментарий к посту о моем вводе в группе театра ВКонтакте, в котором зрительница написала, что это провал. Это первый раз на моей памяти, когда зритель позволяет себе такой жесткач. С ней начали спорить другие зрители, и, когда она начала хамить, я ей в очень интеллигентной форме написал: «Уважаемая, я давал себе клятву что никогда не буду писать зрителям в интернете, но для вас сделаю исключение. Я старался быть максимально честным и не жалел себя. Я репетировал каждый день и сделал всё возможное чтобы спектакль не  рассыпался. Режиссёр, другие актеры и хореограф были мною довольны. У меня​ было две недели, а предыдущий актер играл эту роль десять лет. Я надеюсь что вы дадите мне шанс». Но она начала меня ещё больше мочить. Более того, стала предпринимать  интересные способы войны – приходила на другие спектакли и дарила цветы всем кроме меня. Думаю, это нездоровый человек, и она не одна такая. И сейчас ​я пишу об этом. Моя жизнь даёт мне темы для песен. Лучше писать о том что происходит с тобой, чем высасывать из пальца какие-то идеи. Когда ты пишешь о себе, это попадает в людей.

Вы один из самых стильных петербургских коллективов. Какую роль играет в вашем творчестве визуальная составляющая?

Очень важную. Я не понимаю тех людей, которые выходят на сцену в домашнем. Ты же артист. Может быть, это моё театральное воспитание. Я его никуда не могу деть. Я понимаю что на сцену выходит не Костя, а персонаж. И я думаю что зрителям приятнее смотреть на людей, которые выглядят как группа, а не как студенты, которые вышли на переменке покурить. Это сложная задача – одеть всех хорошо. Нужно иметь ответное желание от музыкантов выглядеть стильно. Я очень долго боролся с музыкантом, который хотел выступать в поло Fred Perry чтобы все видели его татуировки. Я ему объяснял, что такие поло надевают только музыканты определенного музыкального направления — ска-панка или альтернативы на лондонских дрожжах. А рядом с ним будет стоять человек в пиджаке, рубашке и бабочке. Я стараюсь следить чтобы группа выглядела опрятно и стильно. Я последние концерты выступаю в цилиндре-котелке, как в фильме «Заводной апельсин».

Старое доброе ультранасилие?

Да. Это же круто когда музыканты выглядят как ребята из фильма Кубрика, а играют позитивную музыку? Есть в этом что-то, мне кажется.

14 мая тоже будете в цилиндре?

В первом отделении точно, во втором не уверен. Зрители сможет унести с концерта звуковые впечатления – они рассеются рано или поздно, их перебьют машины, двери лифта, метро. Но он тебя сфотографирует и вспомнит что ты был в ужасных непоглаженных штанах. А если он запомнит красивых ребят, то захочет снова на них посмотреть.

У меня всё. Хотите что-то добавить?

Я хочу всех пригласить 14 числа на концерт. Я думаю что он будет классный, на нём будет все самое лучшее и премьеры. После концерта на крыше мы с выступлениями немного повременим – нам нужно дописать третий альбом и презентовать его в ноябре – декабре. Ужас состоит в том, что мы уже записали для альбома четыре песни, а продолжать работу над альбомом будут совершенно другие люди. Из тех, кто раньше работал над этим альбомом, остались только звукорежиссёр и я. Состав полностью изменился и я боюсь что это будет слышно. Но будем выводить. Я очень хочу записать этот альбом, думаю об этом каждый день. И, кстати, я категорически​ против краундфантинга.

Почему?

Я считаю что его можно использовать только в благотворительности – когда нужно​, например, собрать деньги на операцию. А мы имеем возможность заработать на альбом сами – мы достаточно востребованы на корпоративах. Люди нас любит.

А вы это любите?

От нас ушёл гитарист, которого я очень ценил, но он не мог играть на корпоративах. У него два высших музыкальных образования – он играет музыку Барокко, музыку эпохи Ренессанса. А для меня корпоратив – это такой же концерт, только в других обстоятельствах. Публика не просто сидит и слушает меня, а веселится. Моя задача – поднять им настроение. Мы делаем ставки на какой минуте слушатели будут уже наши. Рекорд мы поставили 23 декабря на корпоративе какой-то компании – люди повставали со своих мест уже на вступлении к первой песне. Конечно, неприятно когда люди напиваются и начинается панибратство. Человек может лезть на стену. Наш принцип – мы не останавливаемся, а доигрываем песню. Потом, если он не успокаивается, мы молча на него смотрим. Он чаще всего теряется и уходит сам или его уводят. Бывают чудовищные условия на корпоративах – когда тебе вместо гримёрки выделяют подвал и ты там сидишь. И  никто из них не догадывается что ты лауреат премии премии правительства Санкт-Петербурга в номинации «актерское творчество» и ты артист высшей категории. Ты для них живой магнитофон. Я стараюсь смотреть на это проще.

Беседовала Алла Игнатенко

Фотографии предоставлены Дунаевский Orchestra

 

comments powered by HyperComments