Вы здесь
Главная > Театр > “Урод”: острая сатира на современное общество

“Урод”: острая сатира на современное общество

28 и 29 мая в Театре Поколений состоятся показы спектакля «Урод»! «Спектакль-гротеск с элементами абсурда, острая сатира на современное общество, где массовая культура диктует пластиковые стандарты красоты» – так о постановке говорит ее режиссер.

Мы посетили премьеру спектакля, которая привлекла внимание взыскательной петербургской публики: некоторым зрителям пришлось смотреть спектакля, который длится около двух часов, стоя, не смотря на то, что зрительские кресла были установлены с трех сторон сцены! Перед премьерой мы взяли небольшое интервью у режиссера спектакля – Валентина Левицкого.

Главный герой пьесы «Урод» Мариуса фон Майенбурга в карьерных целях решается на пластическую операцию. Он становится красавцем, но удастся ли ему сохранить свою индивидуальность? Немало уже написано произведений о противопоставлении идеального и уникального, массовой культуры и личности, человека и общества. Поэтому первым делом мы поинтересовались у Валентина Левицкого, почему им была выбрана именно пьеса Майенбурга.

В.Л. – В этой пьесе меня привлек ритм, то, как она написана! Тема не нова, но Майенбург придумывает для нее какой-то свой аскетичный язык: пьеса написана без деления на сцены, одно действие перетекает в другое. Также он пишет очень интересные ремарки, но сейчас, перед премьерой, я не хочу продавать какие-то идеи. Кроме того, тема раскрывается в пьесе совсем жестоко. Это приговор  – дальше некуда! Это не очередной рассказ про массовую культуру, красоту и человека, а про конец развития. Мир зашел в тупик. В процессе работы над спектаклем у нас возникали разные апокалипсические формулировки, вроде: «Бог совершил самоубийство!»

«Достоевщина!» – подсказывает Данила Корогодский, художественный руководитель Театра Поколений. «Достоевщина!» – соглашается с ним Валентин.

В.Л. – Эта зацикленность на стремлении к красоте, к идеальности в итоге разрушает саму жизнь как таковую, и погоня за уникальностью именно эту уникальность уничтожает.

ОКОЛОКакая идея в пьесе наиболее важна для вас как для режиссера? Что вы хотели передать?

В.Л. – Я хотел передать ощущения современного человека, который включен в такой поток раздражающей информации… Я недавно читал про «синдром упущенного времени» у людей, которые сильно погружаются в социальные сети. Они чувствуют, что жизнь от них уходит, хотя на самом деле это психоз, который на ровном месте возникает. Когда ты начинаешь думать и сравнивать, теряешь себя. При том, что пьеса вроде бы абсурдная, в ней очень много кодов, почти символов, состояние, в котором находится главный герой, ужасно узнаваемое! Я узнаю в ней себя, ритмы того, что происходит вокруг. Сколько людей себя попросту уничтожают в этой погоне за тем, что кто-то другой успел сделать, а я не успел. Может, мне тоже…? А у кого-то есть вот такая одежда. Может, мне тоже…? И так далее. Все худеют – похудею! Все стали вегетарианцами – стану вегетарианцем. И так далее. Страшное воздействие моды… Но это все «умные мысли».

Еще эта пьеса смешная. Она не дидактическая. Мне очень нравится с каким жестким немецким юмором, и жестким, и тонким при этом, она написана. И нет ничего лишнего. Когда рассуждаешь на все эти темы, очень легко в какую-то дурновкусицу свалиться, легко впасть в банальность. Тема – почти что общее место, но текст – замечательный! Кроме того, этот материал дает и нашим актерам, и мне определенный вызов, а я люблю браться за то, что я не знаю как делать. Такой вот я странный режиссер. Если я понимаю, как делать пьесу, которую читаю, то мне скучно. Возможно, это влияние нашего театра, который насквозь экспериментальный. И когда я брался за эту постановку, у меня было ощущение, что пьеса Майенбурга – серьезный вызов!

ОКОЛОПьеса уже несколько раз ставилась в Саратове, Астрахани, Москве. Вы видели эти постановки? Или, быть может, что-то о них читали?

В.Л. – Что-то читал. Не смотрел. У меня идея поставить эту пьесу зародилась, когда институт Гёте опубликовал ее в сборнике в 2008 году. Я убежден, что наша постановка будет уникальной, хотя никаких специальных исследований на эту тему я не проводил. Это не дело режиссера, не дело человека, который хочет чем-то серьезным заниматься. Конечно, нужно быть в контексте, знать что происходит…

ОКОЛОВы сильно изменили сценическое пространство для этой постановке. Расскажите, пожалуйста, о работе, проделанной в этом направлении.

В.Л. – Мы каждый раз что-то придумываем с нашим маленьким странным пространством. И, действительно, в этот раз смогли придумать нечто новое. Зрители будут с трех сторон находиться. А то и с четырех. Посмотрим.

ОКОЛОИспользуете ли вы в спектакле модные нынче видеоинсталяции, какие-то мультимедиа материалы, специальное оборудование?

В.Л. – Что-то будет, но всего по минимуму! Эта пьеса не предполагает ничего лишнего, она очень жесткая в этом смысле. С одной стороны напрашиваются всякие высокие технологии, тем более что о них речь. Но это как раз к разговору о бессмысленной погоне: сколько бы миллионов ты на это не тратил, ты всегда на день отстаешь. Тут или нужно какие-то миллиарды в постановку вкладывать, или решать все поэтическими средствами.

ОКОЛО Кто задействован в постановке? Кто участвовал в ее создании?

В.Л. – Задействованы актеры нашего театра: Степан Бекетов играет главного героя – Летте. Сергей Мардарь и Александр Бредель играют Шефлера и хирурга. Жену Летте – Фанни играют Елена Трифонова и Татьяна Шуклина. И два молодых приглашенных актера Сергей Гербелев и Диана Джамбулова играют, соответственно, Карлманна и девушек Летте. Они выпустились в прошлом году, учились у Михаила Ивановича Самочко, я был педагогом на их курсе. Для них эта постановка, можно сказать, дебют на профессиональной сцене. Художник – Данила Зиновьевич Корогодский, он же наш худ.рук. Композитор – Алексей Карпов. Для него тоже это первая работа в театре. Художник по свету – Андрей Котов. Он говорил, что давно хотел в драматическом театре поработать, а в основном, как я понимаю, работает в музыкальном. Эта история – вызов для многих участников. Для многих это какой-то дебют, прорыв.

Текст и фото: Александр Шек

comments powered by HyperComments