Вы здесь
Главная > Музыка > Питер Донохоу с симфоническим оркестром филармонии и Александром Дмитриевым

Питер Донохоу с симфоническим оркестром филармонии и Александром Дмитриевым

В Большом зале Филармонии им. Шостаковича в рамках ХVI международного зимнего фестиваля на сцену вышел Питер Донохоу вместе с Академическим симфоническим оркестром филармонии и Александром Дмитриевым. Музыканты исполнили  «Итальянское каприччио» Петра Чайковского, Первую симфонию Яна Сибелиуса и «Рапсодию на тему Паганини» Сергея Рахманинова.

Белоколонное великолепие зала, построенного в 1839 году для дворянского собрания, стоит повидать. Большой зал — чудо акустики, и на стоячих хорах это еще очевиднее, чем в партере и ложах.  Большой зал остается местом, куда стремятся отечественные и зарубежные гастролеры. В этот вечер с публикой разговаривал «о понятном и важном для всех»  знаменитый британский пианист, лауреат VII Международного конкурса имени П. И. Чайковского, Питер Донохоу на языке Рахманинова , Сибулиуса и Чайковского.

Донохоу не первый раз в России в своих интервью он не раз признавался в любви к нашей публике : «Я очень люблю русскую публику. Общение со слушателями после концерта может дать исчерпывающее представление о стране. Во Франции будут рассуждать о тембре звука, в Германии – о его качестве, в Британии скажут, что вы играли «очень мило», ну а в России оценят прежде всего духовную наполненность» Стоит заметить, что российская публика отвечает Донохоу взаимностью еще с 1982 года, когда он стал лауреатом на конкурсе имени П.И. Чайковского.

В этот вечер на сцене  Питер Донохоу блистал под руководством Художественного руководителя и главного дирижера Академического симфонического оркестра Петербургской филармонии Александра Дмитриева.  В их исполнении   «Итальянского каприччио» Чайковского рождается образ бурного народного веселья, карнавальной праздничности.. Эта блестящая, полная прекрасных мелодий партитура, передающая впечатления композитора от бурного уличного веселья и ярких красок южной природы, стала одним из самых популярных сочинений русского симфонического репертуара.

Рапсодия на тему Паганини Рахманинова  на сцене Большого зала Филармонии звучалав этот вечер, как соединение «старого» (стиля, унаследованного Рахманиновым от XIX века и обогащенного в его творчестве) и «нового» (элементов новейшей музыки, джаза, эстрадных жанров).Так называемый «старый стиль»  заимствован Рахманиновым из средневекового католического песнопения Dies Irae («День гнева»). Мелодия Dies irae, отзвуки которой звучат во многих сочинениях композитора, имела для него глубоко символическое значение, личный смысл, раскрывающийся лишь в совокупности всего творчества… «Рапсодия» – сочинение уникальное, небывалое: в этих 24 вариациях на 24-й каприс Паганини в единое целое сплавляются музыкальный язык позднего романтизма, джаз и танцевальная музыка 20-х, а сама вариационная форма претворяется в грандиозный трехчастный концертный цикл. И через весь цикл, меняя маски и корчась от свинга, рука об руку с главной темой шагает роковой мотив-символ, средневековый Dies irae…

В Первой симфонии Сибелиуса музыканты раскрывались по-особенному, талантливо вовлекая слушателей в творческую предысторию симфонической драмы. Во вступлении к симфонии грустный запев кларнета воспринимается с какой-то тревогой, вероятно, потому, что тремолирующие литавры создают предгрозовое настроение. Мелодические линии начала I части, сливаясь, образуют могучий звуковой поток. И в лирическое пение II части врываются отголоски жизненной драмы. В III части небо проясняется, но и сюда, пусть ненадолго, вклинивается траурный эпизод воспоминания или, может быть, напоминания. Даже в финале, энергичном и монументальном, общая линия развития не находит оптимистического завершения, не находит потому, что композитор не кривит душой, не изменяет правде ради импозантного заключения симфонии.

Невероятный по эмоциональности концерт, 3 путешествия, с яркими событиями и неоднозначным концом, смысл которого, вероятно, будет своим для каждого слушателя в тот вечер в Большом зале филармонии имени Шостаковича.

Текст Олеся Гордон

Добавить комментарий