Вы здесь
Главная > Театр > Пушкин – наше все

Пушкин – наше все

О советских и постсоветских временах, Пушкине, одиночестве и поиске своего пути со сцены Санкт-Петербургского Театра на Васильевском рассказали актеры в пьесе «Спасти камер-юнкера Пушкина». Спектакль поставлен режиссером Театра на Васильевском Олегом Сологубовым по пьесе драматурга Михаила Хейфеца «Спасти камер-юнкера Пушкина», победившей на конкурсе «Действующие лица». Премьера состоялась 21 ноября 2015 г. Спектакль был показан на малой сцене Театра на Васильевском 18 декабря.

REoIE521yRQ

В 60-х годах японский дуэт “The Peanuts” спел песню, которую позже перевели на русский язык:

“У моря, у синего моря
Со мною ты, рядом со мною.
И солнце светит, и для нас с тобой
Целый день шумит прибой”.

Эта песня обладает удивительным свойством надолго оставаться в памяти у тех, кто ее услышал, равно как и многие другие песни и стихи того времени, благодаря которым можно, словно на машине времени, перенестись в эпоху пионеров и октябрят.

Тем не менее, в Советском союзе японская песня все же оставалась скорее непонятной экзотикой. Гораздо понятнее было то, что «любимым поэтом должен быть Пушкин, композитором – Чайковский, а художником – Репин». Любой шаг от стереотипов направо или налево мог не просто помешать успешной социализации в детском саду, школе или армии, но и привести к тяжелым последствиям, вроде наказания в виде стояния в углу или вызова родителей в школу.

Еще со времен древнегреческих философов сознание детей часто сравнивают с “tabula rasa”, чистой доской или белым листом, на котором можно написать все, что угодно. Так и в интерпретации Олега Сологубова на стенах и на полу – белые листы, на которых, словно исповедуясь, главный герой пьесы – Миша Питунин (эту роль прекрасно сыграл талантливый актер Артём Цыпин), пишет историю своей жизни.

jKE_sdFlNLY

В спектакле немало комического. Например, как в старом анекдоте, главный герой пытается обвинить во всех своих бедах не самого себя, а Пушкина. Поэту, ставшему символом революционной борьбы после восхваления декабристов, не раз достанется от персонажей спектакля, которые обыгрывают образ Пушкина во всевозможных ипостасях.

Зрителям предстоит не только узнать мельчайшие детали жизни, романов и последней дуэли русского поэта, но и выяснить, как с помощью Пушкина зарабатывать деньги и соблазнять девушек. Так, волшебным ключом или своеобразным паролем становятся всего несколько строк мастера слова:

“Всё в ней гармония, всё диво,

Всё выше мира и страстей;

Она покоится стыдливо

В красе торжественной своей;

Она кругом себя взирает:

Ей нет соперниц, нет подруг;

Красавиц наших бледный круг

В её сияньи исчезает”.

При этом, так же как песни и стихи уже не Пушкина, а просто народные, чудесным образом переносят зрителей в советское «дворовое детство», сам герой пьесы в лучшие моменты своей жизни мечтает о перемещении в прошлое для спасения Пушкина, причем не столько ради поэзии или культуры, сколько ради поцелуев своей возлюбленной.

Bn8pcJk95R8

Этих перемещений во времени в спектакле немало. Не хватает, разве что жизни в настоящем, где не поможет ни Пушкин, ни Чайковский, ни Репин, ни то, что написали или нарисовали на белом листе. Символична зыбкость реальности на границе со сном, который оказывается вещим, с иллюзией о странных и бесконечных совпадениях между образом великого поэта и жизнью обычного Миши с Петроградки.

Вражда с символом и образом – Пушкиным в начале пьесы постепенно перерастает в своеобразную дружбу, где уже не Миша спасает Пушкина, а Пушкин – Мишу. Так героя ждет истинное единение с «воображаемым другом», иллюзией, а в итоге и окончательный переход из неудобной реальности в более уютное воображаемое.

Главный герой осознанно бежит от реальности, отказываясь «выходить из комнаты» в мир, к которому уже не в состоянии адаптироваться. Это мир победившего капитализма «новых русских», а точнее все тех же старых двоечников и второгодников. Здесь это Витек и Сека, замечательно сыгранные Владимиром Бирюковым и Антоном Падериным. Они символизируют равнодушную, циничную, спокойную силу, хладнокровно движущуюся к своим 20 копейкам или тысячам рублей.

35kigW_GuF4

Миша тоже равнодушен. Он бесконечно повторяет, как ему все «пофиг». Но его равнодушие бесцельно. Миша словно застрял внутри своего замкнутого круга в ловушке воспоминаний. Говорят, тот, у кого нет цели, ни в чем не находит радости. Таких людей часто называют заблудившимися. Они подражают другим, присваивая себе чужие идеалы и мечты, вместо того, чтобы искать свои собственные. Ими же легко управлять. Причем у тех, кто управляет, а здесь это Витек и Сека, как раз цели есть, и они вполне очевидны, и совсем не романтичны.

Какая же цель была у автора пьесы? Интересно, что драматург и писатель Михаил Хейфец, родился в Ленинграде, а затем учился на литературном факультете. В 1974 г. он был осужден за то, что написал предисловие к собранию сочинений, правда, не Пушкина, а Бродского. А вот если бы он писал о Пушкине, то все было бы совсем по-другому, потому что «любимый поэт – Пушкин, композитор – Чайковский, а художник – Репин».

uyZ9nEZUT2c

Сейчас Михаил Хейфец живет в Израиле, где известен как писатель и журналист, а его пьесы вдохновляют режиссеров Москвы и Петербурга. Что касается данного спектакля, можно сказать, что «Спасти камер-юнкера Пушкина» – интересный, глубокий, трогательный и комичный спектакль. Игра актеров на высоте. Кроме того, актеры постоянно спускаются со сцены в зал, не просто тормоша своих зрителей, но и вызывая их на дуэль. Чувствуется, что постановка нравится всем участникам происходящего, включая и актеров, что создает особую атмосферу во время показа и оставляет приятные воспоминания впоследствии.

 Текст: Инна Зайцева

Фотографии из открытого доступа

comments powered by HyperComments