Вы здесь
Главная > Театр > Выхожу один я на дороги // Спектакль «Дороги»

Выхожу один я на дороги // Спектакль «Дороги»

Русская хандра появилась в дороге. Бесконечные поля и тяжёлые тучи легли в основу «загадочной русской души». Можно сказать, тоска породила почти все произведения нашей литературы. Об этом рассказывают актёры Новой сцены Александринского театра в спектакле «Дороги».Image_05

Зритель видит перед собой чёрное пространство с условной сценой на полу. Но не всё так просто. Здесь таится множество сюрпризов для тех, кто пришёл впервые. Площадка «оживает»: сбоку выезжает фортепиано, почти из-под ног очевидцев возникают актёры, на светлых прямоугольниках декораций появляется видеоряд.  Действующие лица скрыты этими прямоугольниками будто обложками книг. Пианист извлекает из инструмента жалобные звуки, на экранах появляется сосредоточенное лицо одной из героинь. Вот иллюстрация к словосочетанию «синтез искусств». Это место похоже на сцену московского Центра им. Мейерхольда — та же чёрная коробка с множеством секретов. Минимализм окружающего пространства оказался полотном для зрительского воображения: перед глазами сами собой возникают поместья, шумные балы, тихие сады, военные госпитали.Image_10

Вот в полутьме раздаётся запоминающийся голос Николая Мартона: «Выхожу один я на дорогу». Зал вздрагивает и начинает шептать следом знакомые слова. И так до самого конца — от Ивана Тургенева к Фёдору Достоевскому, от Александра Пушкина к Анне Ахматовой. «Дороги» оказались срезом русской литературы девятнадцатого — середины двадцатого века. Актёры читают отрывки из произведений, которые близки им более всего. Так Сергей Паршин выбрал поэму Александра Твардовского «Василий Тёркин». Создатели спектакля таким образом придали классике современное звучание, не исказив её.Image_20

Почти у каждого отечественного автора в творчестве есть мотив непреходящей кручины. Онегин Пушкина болел той самой «русской хандрой», а кораблик Бродского «плывёт в тоске необъяснимой». Взялась она из преимущественно ровного ландшафта нашей страны, холодного и серого простора. Точнее всего описал печальный путь по Родине Николай Гоголь: «Открыто-пустынно и ровно все в тебе; как точки, как значки, неприметно торчат среди равнин невысокие твои города; ничто не обольстит и не очарует взора. Но какая же непостижимая, тайная сила влечет к тебе?»

Не изменилось почти ничего. Разве что вместо гоголевской птицы-тройки сегодня путников по бесконечному тракту несут автомобили и поезда.

Текст: Василькова Алина

Фото: Елена Кокова

Добавить комментарий