Вы здесь
Главная > Театр > Сложный мир современного перфоманса

Сложный мир современного перфоманса

 В минувшую пятницу в стенах Театрального центра им. Вс.Мейерхольда состоялось довольно необычное для московской публики мероприятие – выставка-коллекция перфомансов Федора Павлова-Андреевича и спектакль «ТАНГО-КВАДРАТ». Несколько десятков москвичей в течение получаса смогли побывать на художественных пространствах по всему миру, следуя за театральным режиссером и художником Федором Павловым-Андреевичем

м2

Сначала вы оказываетесь в большой темной комнате, в которой нет ничего, кроме нескольких десятков таких же зрителей и семи экранов разного размера, висящих на стенах. Каждый экран транслирует индивидуальный видеоряд, и люди переходят от одного к другому, внимательно всматриваясь в то, что там происходит. Фанерная коробка с говорящий головой, странный автобус, залитый синим светом, полуобнаженный мужчина, истекающий кровью — это далеко не все, что беспорядочно мелькает перед вашими глазами. А слух воспринимает то ненавязчивую музыку, то вскрики, то громкий шум в качестве звукового сопровождения одного из видеорядов. Кстати, есть возможность «подключиться» к любому заинтересовавшему мини-фильму, используя наушники, которые находятся у каждого экрана, и оказаться таким образом в полной изоляции от остальных клипов. Постепенно люди все глубже поглощаются в авангардную атмосферу, и в этот момент где-то в толпе раздается громкий голос — сам художник появляется на площадке с целью провести публику по цепочке своих перфомансов, созданных за последние пять лет.

История начинается с краткой биографии автора, где он признается в своем тайном увлечении театром с самых юных лет. Однако только к тридцати годам Федор приходит к пониманию того, что все театральные постановки, которыми он занимался, это вовсе не спектакли, а скорее перфомансы — представления, в которых непосредственно действует сам художник. Так начинается творческий путь Фёдора в искусстве перфоманса. Удачное знакомство с известной художницей этого жанра Мариной Абрамович помогает отточить необходимые навыки. Опытный перфомансер Марина, уже заработавшая себе имя по всему миру, учит московского художника терпению и выдержке, заставляя привыкать его к long durational work- этот термин сам автор объясняет как долготерпение. Работая с Мариной, ему, например, приходилось несколько часов стоять в одном положении за стеной с отверстием для рта. Открытый рот помещался в это отверстие, и к нему периодически подходили люди, обыкновенные зрители, у каждого из которых было задание, связанное со ртом перфомансера. Федору то красили губы, то кормили сырой картошкой, то поили молоком. Это и стало его первым крупным проектом под названием «Часовня рта», выполненным для Марины Абрамович и проходившим в Манчестере. Так автор плавно переходит от рассказа о своей жизни к презентации собственных перфомансов, и зрители вдруг переносятся из вечерней Москвы в ту самую манчестерскую часовню.

Федор признается, что опыт общения с людьми посредством рта далеко не самый приятный. «Когда через тебя за день проходят сотни человек, и ты чувствуешь их не на расстоянии вытянутой руки, а на расстоянии вытянутого пальца, то наступает некое трагическое состояние, потому что в большинстве своем чужие люди плохо для нас пахнут, особенно когда ты очень близко испытываешь их дыхание»,- делится своим опытом художник.
После часовни автор приглашает нас к знакомству со следующим произведением, также завязанном на взаимодействии через отверстие. На этот раз на тела нескольких участников были нанесены временные татуировки с изображением привлекательных, по мнению автора, людей. Татуировки были выполнены по фотографиям Федора. Эти люди также стояли за стеной, и в отверстие был виден только рисунок на коже. Задача зрителя — найти тело Федора среди остальных и постучать по стене возле этого отверстия. Никто из посетителей не знал, что должно произойти, если художник будет найден. Зрители просто заинтересованно ходили по комнате с маленькими окошками, пытаясь всячески заглянуть в них, но в определенный момент , после чьего-то робкого стука по стене, все отверстия резко закрывались и зрителей просили  срочно покинуть комнату.

м
Первые две крупные работы Федора были выполнены за границей, но вскоре перфомансеру предложили проект в России, в центре современной культуры «Гараж», целью которого было вызвать у публики неприязнь и недовольство. Федор был облачен в фанерную коробку. Кстати, он признается, что фанера практически единственный материал, используемый в его творениях. Пока художник находился в коробке,  единственным средством общения с миром была его голова. Публика заходила в комнату с коробкой и изначально была очень заинтересована: людям хотелось поговорить с ней и потрогать ее, они даже перетаскивали ее по помещению, несмотря на то, что фанерная конструкция вместе с весом художника была отнюдь не легкой. Но вскоре «говорящая коробка» начинала вести себя так, что публику это раздражало. Сначала она просила открыть сумку, затем отдать свои наручные часы — в этот момент зритель начинал чувствовать тонкую грань между развлечением и унижением — а затем и вовсе заставляла снять штаны. Люди злились и вскоре теряли интерес к такому развлечению. Единственным преданным коробке человеком оказалась маленькая девочка, сопровождавшая «фанерного монстра» до самого конца перфоманса.
Образ маленькой девочки появился и в следующем перфомансе Федора, выполненном в галерее на Солянке. Его целью было примерно то же — вызвать у публики антипатию и поставить ее в неловкое положение. Деревянный монстр, в животе у которого находился лилипут, манипулировавший всем происходящим, разгуливал по помещениям музея, пугая посетителей неприятными просьбами и посягательством на личную территорию человека.
Во всех этих перфомансах автор присутствовал телесно. Первым проектом без участия художника стала «Великая водочная река», выполненная на фестивале в Майами. Две тысячи литров водки и несколько русских девушек с коромыслами на протяжении 5-6 дней циркулировали в маленьком мире водочной реки. На улице стоял стойкий запах спирта, и публика непременно стремилась попробовать реку на вкус, однако строгая полиция Майами не допускала этого. Такое мероприятие, признается Федор, он никогда бы не стал проводить в России, зная, что сотни тысяч людей в нашей стране умирают от болезней, вызванных употреблением водки.

Вдохновение для своих произведений Федор черпает прежде всего из собственной жизни. «Перфоманс – это отражение события, случившегося с тобой когда-то», — поясняет автор. Так, в сложный период своей жизни, когда Федор тщетно пытался убежать от самого себя, родилось новое произведение, названное «Пустой автобус».

м3

При температуре -25 градусов Федор обнаженным стоял на остановке на Садовом кольце. Вскоре к нему подъезжал залитый синим светом автобус с водителем, скрытым под черными одеждами. Федор садился в него и отправлялся в путешествие по Садовому со скоростью 4 км/ч. Садовое кольцо играет здесь символическую роль — как бы ты ни пытался убежать от себя, твоя дорога приведет тебя туда, откуда ты пришел. Через 4 часа автобус вновь останавливался на той же остановке, приглашая художника продолжить путешествие, отказавшись от бессмысленных попыток побега от самого себя.

Примерно в этом же направлении был выполнен и следующий проект под названием  «Walk Away Until I Stay». И вот немногочисленная публика ЦИМа перенеслась из теплой комнаты на 18-ый км шумного МКАДа. Здесь в полночь Федор со своей командой помощников отправился в пеший путь со скоростью 9 км/ч. Художник признался, что прежде не ходил пешком даже более часа, так что оказался не совсем готов к такому испытанию. Особенно подвела обувь, которая буквально «убила» перфомансеру ноги. В конце концов МКАД Федор замкнул, хотя и не так, как ему хотелось — полностью пройти путь пешком ему не удалось, он попросту упал. И все же миссия была выполнена! Художник поделился со зрителем нынешним направлением его творчества, сообщив, что векторами его дальнейшего развития и являются эти два «кольцевых» проекта.

Далее автор приглашает к самому крупному экрану в комнате, где презентует свою последнюю работу «Карусель», выполненную в Буэнос-Айресе вместе с другими перфомансерами. Проект представлял собой карусель с несколькими изолированными друг от друга отсеками, в каждом из которых действовал один участник. Публика выбирала себе любой отсек, оставаясь наедине с художником. На этот раз Федор решил поиграть с публикой в наперсточки.

В помещении находилось три ведра на полу, под одним из которых находилась голова перфомансера. Задачей публики было высидеть под собой голову художника. Через 20 секунд в одном из ведер начинала биться голова. Зритель, «высидевший» голову оставался наедине с художником, а остальных просили покинуть помещение. Федор давал различные приказы, вплоть до того, что одна девушка не остановилась перед приказом раздеться. Проект «Карусель» длился несколько дней в течение пяти часов, и сейчас перфомансеры пытаются добиться его продолжения на одном из художественных пространств мира.

Практически во всех крупных работах Федора речь идет об отнятии физических функций человека. Эту же идею художник переносит и в свой спектакль «Танго-квадрат» по пьесе Людмилы Петрушевской, премьера которого состоялась в стенах ЦИМа 23 октября прошлого года.

м4

Вернув публику вновь в темную комнату с экранами, изображения на которых теперь стали ясны зрителю, Федор приглашает посетить спектакль о любви матери и дочери, которую невозможно ставить в один ряд с другими видами любви. Художник предварительно заключил с публикой договор — во время спектакля зал не покидать, а не уверенных в своих силах попросил уйти сразу.

Через несколько минут зал этажом выше полностью заполнился заинтересованными зрителями. Вскоре свет кругом погас, так что ничего невозможно было различить, и публика замерла в ожидании. Свет, сцена, четыре девушки — и в арсенале режиссера больше ничего. У девушек нет рук. Их общение происходит посредством голоса и тела, которое  удивительно тонко и точно воспроизводило то, что было произнесено вслух. Каждый оттенок в речи был отмечен телом, ни одна деталь не выскользнула из поля зрения режиссера и актрис. Грубая интонация сопровождалась соответствующими движениями ног, головы, а нежность проявлялась в плавных движениях и мелодичном голосе. Четыре девушки словно слились в одно целое — настолько гармоничным было их выступление, в котором каждая являлась незаменимым звеном в цепи  взаимоотношений дочери и матери. Час драмтанца без остановки — именно такое определение жанра дает режиссер — проходит на одном дыхании и зритель вновь резко погружается в непроглядную темноту. Затем — громкие аплодисменты, букет артистке, и публика, находящаяся под впечатлением от спектакля,  как-то робко поднимается с кресел, направляясь к выходу. Шесть этажей вниз по лестнице почти все шли молча, словно находясь еще там, в зале, и боясь пропустить хоть одно движение, говорящее порой больше, чем слово. Но вот холодный воздух вечерней Москвы заставляет зрителя очнуться и вновь окунуться в бешеный ритм столицы, в которой иногда нет времени на то, чтобы просто обратить внимание на порой очень многозначащие слова и жесты наших самых близких людей.

Текст: Мария Комогорова

Фото со спектакля: Лика Гомиашвили, Алексей Литаров

Добавить комментарий