Вы здесь
Главная > Театр > Утомленные добычей смысла

Утомленные добычей смысла

                                                                                               «Это сказка про Россию, которую не спасти».

Талгат Баталов.

 Редкий случай, но пьеса лауреата «Антибукера» Максима Курочкина «Травоядные» разошлась на цитаты прежде, чем появилась на сцене. Такой реактивный полет произведениям признанного мастера современной драматургии придают неизменная актуальность проблематики и абсолютная приближенность к ментальности существования и самовыражения молодежи. Именно те, для кого «прикол» — мерило адекватности жизни, «задыхаются от свежести» строк, написанных «с колена» и  определяют степень доверия радостью понимания.

IMG_2351-2Неслучайно и те, для кого «все наоборот» гораздо креативнее, чем «все, как надо» сначала сбились в авторский коллектив некоего действа и лишь затем поняли, что это будут «Травоядные». За воплощение замысла взялся Талгат Баталов, один из птенцов «гнезда» Марка Вайля, режиссер потешного и успешного моноспектакля «Узбек».

Получилось жгучее и бескомпромиссное высказывание о России и русском характере, о взаимоприятии и неприятии, о том, что мы живем так, как того заслуживаем, а не как мечтаем. В «голом» виде идея выглядит очень возвышенно, ведь примерно о том же — вся недостижимая высь русской литературы. Пафос умных мыслей плавно уходит в замысловатую, насыщенную злободневным едким юмором и колоритом безусловной узнаваемости форму.

Все начинается со сценографии. Оформила место действия талантливая ученица Дмитрия Крымова Ольга Никитина. Актриса и художница возвела на подмостках минимодель двух знакомых до боли «хрущевских» комнат и лестничной клетки образно и точно, как фундамент для дома серийной постройки… Шутка ли, пол-России до сих пор проживает в подобных типовых клетушках, определяющих сознание бытием. Квартира и замусоренный подъезд — как искусный макет стандартности нашей жизни, как источник всего последующего происходящего на сцене.

IMG_2280-2Жилище в «хрущевке» недорогое и потому нередко сдается трудолюбивым «гостям» из Азии. Квартиру занимают не просто азиаты, а самая настоящая принцесса Хом Ви Зде ( «дом везде»? Весьма возможно, и тогда — символично) (Ольга Никитина) и умнейший Хам Ням Ням — стареющий монголоид (Миххаил Руденко), без остановки жующий полезную зелень. Они открыты к общению и очень хотят постичь смысл русской жизни. На первый взгляд наивные, недаром монголоид так похож на трогательного Шурика из «Кавказской пленницы». На деле оба являют собой яркий пример того, что «Восток — дело тонкое».

IMG_2285-2Во второй «норе» ведет виртуально-паразитическое существование главный герой спектакля. Интересно, что автор пьесы обозначил его как «я сам — серьезный человек» (Алексей Маслодудов). Вместе с ним в этой комнате живет «персонаж я — образ автора» (Олег Каменщиков). И вдобавок на экране или, если угодно, стене подъезда периодически возникает сам маэстро Максим Курочкин с комментами по поводу мыслей и действий «серьезного человека», то есть — самого себя. Такой триумвират подразумевает еще одну минимодель — на сей раз типичного россиянина средних лет из трех различных социальных слоев.

«Я сам» и «персонаж я» одеты одинаково и выглядят почти как Оля и Яло из давней сказки. Молодой человек за компьютером представляет собой расхожего русского лентяя «без царя в голове», беззлобного и неглупого. Его alter ego постарше возрастом и ближе к уличной гопоте с богатым запасом ненормативных выражений и переизбытком энергии, не находящей правильного русла.

Несмотря на «я сам» и «образ автора», сам Курочкин явно не отождествляет себя со своими сценическими собратьями. Возникая с ироническими пояснениями где-то над происходящим, он тем самым занимает обычное для интеллигенции место идеалистически настроенных учителей и проводников в толщу сознания народных масс.

В процессе действия на сцене появляются еще два загадочных существа. Один из них «новый персонаж — герой Британской империи» (Павел Мамонов) выглядит á la GeorgeMichaelи не скрывает своей сексуальной ориентации, другой и вовсе нелепый Дракон без крыльев (Сергей Овчинников). Если воспринимать спектакль как гротеск на сегодняшний день большой страны, то эти двое несомненно олицетворяют определенного рода символы. Первый — усмешку в сторону гомофобного закона (главные герои, как и все приличные люди поспешили от него откреститься, правда, не слишком искренне). Второй — реверанс в сторону восточного любимца — дракона, обескрыленного суетливой повседневностью азиатского многолюдства. Дракон — персонаж самый симпатичный и самый жалкий. Он постоянно получает по морде, как рыжий коверный, но все же надеется выпить с русскими водки или шампанского, чтобы понять, отчего в этой странной стране все летают без крыльев.

Однажды грабитель украл у принцессы «золото Азии». Потом исчезла и сама принцесса. Это беспрецедентное событие всколыхнуло весь подъезд. Серьезный человек и его тень оторвались от компьютера. Они почуяли запах подвига. Аки герои знаменитых комиксов, молодые люди рвутся в бой. Мозг, воспитанный компьютером, услужливо предлагает разные варианты оформления деяния: человек-паук, человек — летучая мышь. Кто еще готов броситься на спасение Азии? Дальше горячечного бреда высокопарной болтовни и долгой, неуклюжей подготовки дело, как водится,  не идет.

Между тем принцесса сама отправилась на поиски сокровища. Лифт неизменно занят, поэтому принцесса бежит вниз по этажам, как по типажам представителей российского обывательства. Мужчины, повстречавшиеся ей на пути — Сосед, Рабочий (Иван Турист) — все как один обуреваемы водочным угаром и пустословием. Действенную помощь оказала лишь энергичная решительная соседка (Наташа Демина).

Актерский состав спектакля весьма любопытен. Троих ярких представителей молодой лицедейской смены объединяет музыка. В прошлом году неудержимый размах творческих сил сбил Сергея Овчинникова, Олега Каменщикова и Алексея Маслодудова в группу под нехитрым названием «Олег». Старшее поколение представляет личность, известная рок-н-ролльным отношением к жизни — Иван Турист (Юрий Салтыков) — вокалист питерской группы «Н.О.М.», шоумен и актер. Он  сыграл сразу три роли: Соседа, Рабочего и «Грабителя без выебонов». Вся мужская часть труппы неустанно несет в зал настроение бесконечного неувядаемого стеба.

Ольга Никитина — не только одаренный сценограф, но и актриса божьей милостью. Ее принцесса Азии, пусть и без монголоидного разреза глаз, царственно-прекрасна. В начале пьесы она прячется под маской милой простушки, девочки-ребенка. События, требующие деятельной отдачи, немедленно превратили ее в истинную владычицу Востока, с холодной деловитостью взирающую сверху вниз на непробиваемую российскую дремучесть. От жесткости ее голоса и взгляда пробирает жуть. Очевидно,  девушка явилась сюда навсегда и не собирается чувствовать себя гостей. И если Россия продолжит погружаться в свое болото, то Азия не преминет предстать на ее просторах со всем своим «золотом».

Ее антипод — русская соседка. Наташа Демина наделяет свою героиню  великолепной хамоватостью и цепкой хваткой лимитчицы, способной и «в избу.., и коня на скаку …» и так далее. Такая хозяйка жизни и России не даст  пропасть, и «золото Азии» вмиг отыщет.

Спектакль до краев насыщен нецензурной лексикой. Можно ли представить себе жизнь окраинной «хрущевки» без оной? С некоторых пор употребление цветистых ругательств в обществен,ных местах, в том числе и на сцене, превратилось в законодательно оформленное правонарушение. И наверное, это справедливо, если нехорошие слова изрыгаются пьяной скотиной либо тупыми молодчиками в салоне автобуса или «средь шумного бала». Однако когда мат не режет слух, а, напротив,  удивительно органично вписывается в стилистику современного искусства, то строить ему препоны нечестно. В искусство без перчинки жизненной правды будет сложно поверить.

Несмотря на многослойность и неординарность самовыражения авторов спектакля, идеи пьесы читаются непринужденно. Да, Россия ленива и нелюбопытна. Она тяжела на подъем, любит болтовню и всегда готова подменить настоящее дело поисками «золота Азии». Без сомнения, Восток грозит тихой инвазией. Конечно, у нас любят дешевый пафос и раздувание ноздрей. Здесь до бесконечности можно добывать смысл существования, безнадежно блуждая в дебрях бюрократизма, бесправия и глупости.

Киевлянин Максим Курочкин не мог не «присолить» постановку плохо скрываемыми намеками на историю с Крымом, ситуацию с Украиной, высказываясь местами не только резко, но и почти реакционно. Финальные кадры исторического боя Кличко с Поветкиным слишком красноречивы и смешат не только украинцев, но и русских, узбеков, евреев. Хочется верить, что это и есть основной авторский посыл. Ведь спасать ту Россию, которую показали на сцене, действительно, необязательно.

Зато можно спасти другую. Ту, для которой и ставятся такие спектакли. Наверняка они тоже рождаются из боли и любви.

Текст: Дарья Евдочук

Фотографии предоставлены пресс-службой театра

 

 

 

 

 

 

Добавить комментарий