Вы здесь
Главная > Кино > Маньяк: Плоть и пластик как составные части безумия

Маньяк: Плоть и пластик как составные части безумия

Элайджа Вуд под руководством продюсера фильма «Артист» (Мишель Хазанавичус, 2011)
показывает что значит чистое безумие.

Maniac-2012-Movie-Title-Banner

Франк Халфун своей работой опровергает аксиому о пропорциональности пролитой на экране
крови и соответственном уровне трэша. От первого до последнего кадра картина представляет
собой пример того, что хороший сюжет не имеет жанровых границ.

Одной из нетипичных характеристик, присущих этому фильму, является то, что главный герой
не демонизируется авторами. Он не представляет собой одну из вариаций Люцифера, как
это обычно принято в фильмах данного жанра. Его незамутненное безумие подчеркивается
отстраненностью режиссерской точки зрения – автор не навязывает своего представления о том,
чего достоин этот маньяк. Благодаря такой позиции сцены совершаемых зверств выглядят очень
правдоподобно и прозаично — это и есть самая жуткая их сторона. Убийства в фильме жестоки
и реалистичны (действительно реалистичны) – рейтинг R настоятельно требует слабонервных
зрителей воздержаться от просмотра.

Действие картины происходит в условном мире, где парковки и улицы всегда пусты, а девушки
исключительно прекрасны. Условность происходящего в кадре подчеркивается также стильным
саундтреком, написанным специально для картины, и пропорциональностью кадра (чему отчасти
способствует ведение повествования от первого лица). Все это — лишь контекст для настоящих
зверств убийцы не прирожденного, но созданного волей обстоятельств.

Безвозвратная деградация главного героя будет помимо прочего показана путем
его «влюбленности» (в некоторые моменты которой камера все-таки покажет Элайджу Вуда
со стороны), которая одновременно возвысит его над сгущающимся сумраком и заставит
трактовать чувства (как и все прочее в мире) на свой особый манер, но и заставит почувствовать
всю безысходность приближающейся тьмы.

maniac

Элайджа Вуд, глазами которого мы и видим фильм, создал образ эталонного убийцы – ничем не
примечательного, привлекательного и настолько безумного, что представить это невозможно.
Для тех, кто «идет посмотреть на красавчика хобббита Фродо», «Маньяк» не подойдет –
Вуда показывают лишь несколько раз – в отражениях зеркал и витрин, а также в моменты
просветлений, коих всего пара. Объект «любви» маньяка, Нора Арнезедер, в больших ролях
замечена не была, но свою партию разыгрывает без нареканий.

Кровавая партита «Маньяк», строго говоря, не является фильмом ужасов. Это — драма, снятая
со стилем и знанием дела. А кровь – художественный эффект, использовать который
можно, обладая изрядной долей смелости и не меньшим талантом (Тарантино после своего
неудавшегося кровавого «Джанго» мог бы поучиться у создателей «Маньяка»).

Возможно, это — один из лучших примеров того, как надо делать Кино, и несомненно — один из
эталонных образцов жанра и стиля. Финальным аккордом картины режиссер Халфун ставит самую
жестокую сцену, которая служит идеальным примером кинематографического кульминационного
момента и заставляет задуматься о том, где кончается плоть и начинается пластик.

Текст: Евгения Савкина

comments powered by HyperComments