Вы здесь
Главная > Театр > Объяснить двухлетнему ребенку что такое фагот? Да не проблема!

Объяснить двухлетнему ребенку что такое фагот? Да не проблема!

В Петербурге уже 14 лет существует Детский музыкальный лекторий «Пикколо». Серьёзное слово «лекторий» не должно пугать родителей. Здесь музыканты могут устроить малышам сказочное путешествие в страну музыкальных инструментов, помогут сделать первые шаги в мире классической музыки.

Это интервью с создательницей и ведущей «Пикколо» Ольгой Пикколо

Владислав Станкевичус: Какова предыстория «Пикколо»?

Ольга Пикколо: Я закончила Петрозаводскую консерваторию им. А. К. Глазунова в 1992 году. Полюбив Карелию, решила остаться в Петрозаводске. Сначала устроилась работать в кооперативный ларек. Неожиданно поступило предложение от моего руководителя диплома. Она узнала, что освободилось место лектора в Детской филармонии. Так я стала ведущей концертов для дошкольников. Проработав там три года, возвратилась в Петербург, где решила сама заняться организацией концертов для детей от 2,5 до 7 лет. Так в 1999 году появился единственный в своем роде Детский музыкальный лекторий «Пикколо».

Где находится Ваш лекторий?

Много лет были только выездные концерты. Они продолжаются и сейчас, но два года назад мне удалось найти три постоянные площадки. Это сцена в Музее театрального и музыкального искусства на площади Островского, Мемориальный музей-квартира династии актеров Самойловых на улице Стремянной и площадка в Доме еврейской культуры ЕСОД.

Почему Вы устраиваете концерты для таких маленьких детей, почему не старше?

Этот возраст самый неискушенный. Ребенок — как чистый лист бумаги, который надо заполнить, и это очень интересно, — начинать с нуля. Иногда даже приводят, точнее – приносят грудных детей. Вместе с ними сидят мамы-папы и старшие братья и сестры.

Насколько такой зритель может сосредоточиться?

Не стоит пугаться того, что ребенок, по мнению родителей, отвлекается. Ведь, попав в шикарную атмосферу Театрального музея, не отвлекаться просто невозможно! Бархатные красные стулья с изящной лирой на спинках, классическая музыка, — всё так необычно-прекрасно, что в первые 2-3 посещения внимание малыша много раз переключается с концерта на то, что его окружает. Но родители зачастую уже вынесли однозначный вердикт — рано! Зато очень любопытно наблюдать за малышом, который посетил 4 или 5 концертов, — это уже совсем другой слушатель, — умеющий слышать и слушать.

Какова драматургия концерта?

Мой лекторий представляет собой цикл из 30 разных концертов. Каждый посвящён какому-то музыкальному инструменту. На концертах «Пикколо» нет кукол, ярких костюмов, артисты стоят в классических строгих фраках. Многие задают вопрос: как я могу при этом удержать внимание двухлетнего ребенка на протяжении 45 — 50 минут?

Во-первых, я приглашаю на концерты профессиональных артистов. Они заставляют слушать даже самых маленьких ребятишек. Это музыканты Михайловского, Эрмитажного театра, театра Оперы и балета, Филармонии им. Д. Д. Шостаковича, артисты из известного ансамбля старинной музыки «Новая Голландия», артисты Детской и Филармонии джазовой музыки, артисты балета.

Во-вторых, дети на концертах «Пикколо» постоянно включены в игру, в сказку, в двигательную импровизацию. Я могу сама придумывать сказки, могу изменять уже известные сюжеты. Сказка лежит в основе всех моих тридцати концертов, и музыка, вплетённая в её канву, приобретает особый колорит, становится её частью, а музыкальный инструмент на сцене – сказочным участником. И как-то сами тогда запоминаются на лету сложные музыкальные слова: вистл, клапаны, колки, пандеретта, блок-флейта, сурдина, легко слушаются фрагменты из Вивальди, Моцарта, ирландской музыки.

На музыкальном концерте-сказке дети меняются. Зажатый ребёнок может расслабиться, раскрыться. Суетливый — успокоиться, сконцентрироваться, дав волю фантазии.

А как возник такой необычный «формат» общения?

Камертон моих концертов – дети. Они подсказывают мне очень многое, надо просто раскрыться им и тогда увидишь и услышишь массу метких детских словечек, озарений. Вспоминаю фразу Я. Корчака: «Надо подниматься до чувств ребёнка. Подниматься, становиться на цыпочки, тянуться». Сказочный формат концертов подсказали мне, как это ни удивительно, тоже дети. Вообще, создание нового концерта зачастую происходит очень мучительно. Это как рождение ребёнка. Я делаю концерты уже 20 лет. И все равно каждый раз перед премьерой волнуюсь: как оценят мою работу дети?

И начинается «обкатывание» концерта до его полной отшлифовки. Иногда это может длиться месяцами, когда никак не получается найти верную, интересную детям музыку или сказку.

А иногда, напротив, программа складывается на удивление быстро, когда выступление проходит на одном дыхании, и уже ничего не убавить, не прибавить. И тогда в зале все 45 минут стоит полная тишина, а после концерта раздаётся чей-то робкий голос: «А почему так мало?».

Никакие, даже самые образцовые и требовательные филармонические худсоветы не сравнятся с чутким, чистым, не замусоренным разными мифами детским восприятием. На долгие годы дети стали моими лучшими критиками. Они подталкивают меня на всё новые и новые поиски, эксперименты.

Когда появился лекторий, моему сыну было 4 года. Первым моим слушателем всегда был он. Сначала я концерты проверяла на сыне и всегда внимательно следила за ним. Там, где он отвлекался, я сразу безжалостно убирала фрагмент концерта.

Какую роль в концерте играют дети?

Концерты «Пикколо» — интерактив, не прекращающийся ни на мгновение. Дети включаются в повествование, они мне помогают. Например, я начинаю фразу: «В доме жил пушистый… Мяу!» — и они продолжают: «Котенок!». Таких примеров множество.

Малыши никогда не слушают музыку пассивно, я стараюсь их увлечь, заставить двигаться. Например, я говорю: «Ежик пошел по лесу. Чтобы он не заблудился, деревья указывают ему путь». И детки поднимают руки и изображают ветки деревьев. Я прошу их не опускать руки, «иначе ежик заблудится». Так дети непрестанно импровизируют.

После, я прошу их нарисовать тот музыкальный инструмент, которому был посвящен концерт. В следующий раз они приносят рисунки и получают за это музыкальный подарок.

После, так сказать, основной программы Вы даете детям расслабиться, переключить внимание?

Да. В конце каждого концерта, когда детки немного устают, я организую маленькие импровизированные шумовые оркестрики. Например, есть такой интересный инструмент-«лягушка», называется гуиро. Есть «мама лягушка», она звучит ниже, есть маленький «лягушонок», он звучит выше. Дети понимают, что большие инструменты звучат ниже, маленькие выше. Потом я раздаю эти и другие шумовые инструменты. Когда дети начинают играть, я подхожу к каждому ребенку и стараюсь помочь ему музицировать ритмично, слушая музыку солиста. Такие игры невероятно раскрепощают детей, учат их смелости, артистичности, уверенности в себе.

После концертов малыши имеют возможность потрогать солирующий инструмент, который они слушали все 45 минут, взять его в руки и даже поиграть на нем.

Как дети реагируют на сам концерт?

На разные концерты они реагируют по-разному. Голос саксофона веселит малышей, они включаются в ритм джаза и композиций Гершвина, на концерте ведут себя очень активно и уходят в приподнятом настроении.

То же и с голосом трубы. Например, утро в детском саду. Я вхожу в зал и окидываю привычным взглядом детей: многие сидят вялые и ещё сонные. И тут входит музыкант Михайловского театра, берет в руки трубу и начинает играть. Ребенок сразу же оживляется, глаза загораются, спина выпрямляется.

По-другому складываются концерты с участием виолы, арфы, блок-флейты. Звучание этих старинных инструментов словно доносится из глубины веков.

Сколько раз концерт в детском саду, ещё не успев начаться, вдруг оглашался безудержным плачем одного, а потом, по цепочке, и других малышей. Ведь всё кругом так незнакомо: большой зал, посередине большой вибрафон на колёсиках, с длинными трубами-сосульками.

Но появляется Алексей Чижик. Мягко и властно говорит «Не плачьте!» Пять палочек в его руках бережно и осторожно касаются золотых пластинок. И слёзы ещё текут по щекам детей, а в глазах уже – удивление от чуда: звуки колдуют и волшебно дрожат, сплетаются и манят, неожиданно захватив всё внимание. И начинается та чудесная тишина в зале?, которую я люблю больше всего: тишина звучащая, наполненная восторгом и чистотой. Здесь главным рассказчиком становится вибрафон. А я начинаю сказочный рассказ и радостно чувствую эту тишину, наполненную детским вниманием.

Как Вы выстраиваете отношения между музыкантами и ребятами?

Дети всегда сидят рядом с исполнителями. На постоянных площадках «Пикколо» есть сцена, но я артистов никогда на нее не пускаю, прошу стоять в метре-двух от зрителей. Поэтому дети могут рассмотреть и почувствовать инструмент совсем близко от себя, войти с ним в более тесный контакт.

Что говорят ваши музыканты? Что их привлекает в этих концертах?

Артистам очень нравятся концерты для детишек. Единственная проблема – это встать рано утром. Но когда музыканты Михайловского театра или Филармонии видят удивительную реакцию детей – это вознаграждение для них бесценно. Их радует счастье в глазах детей, и они тоже становятся счастливы.

Родители чаще помогают или мешают?

Иногда родители мешают. Случаются такие ситуации, когда, например, ребёнок на концерте просит у мамы пить. Вроде мелочь, пустяк. Но начинаются поиски бутылки, чары музыки разрушены, отвлекаюсь я, отвлекаются дети по соседству. Но чаще родители прислушиваются к моим словам и помогают мне.

Мне всегда нелегко вести концерты, на которых я не чувствую контакт с родителями. Родители — это всегда моя поддержка. Я бы хотела, чтобы они не давали детям остыть после концерта, придя домой, готовили к очередному посещению «Пикколо».

Чем еще они могут помочь?

Перед тем как привести на концерт 2-хлетнего ребенка, его надо настроить: немного рассказать о инструменте, о котором пойдет речь, ведь темы концертов известны заранее. Если родители до начала покажут ребенку изображение инструмента, проведут его по экспозиции Театрального музея, у него глаза заблестят, он будет весь в ожидании. Звучащая тишина ожидания мне очень нравится. Как музыкант настраивает свой инструмент, так и слушатель должен настроиться на концерт.

Сколько концертов Вы даете?

У меня проходит по 4-6 концертов в день. «Пикколо» даёт много выездных концертов в детских садах и развивающих центрах. У меня сейчас такой период, когда не я ищу работу, а работа ищет меня.

В чем, поВашему, особенность современного дошкольного образования?

Сейчас есть некоторая тенденция к развлекаловке: ребёнку на спектакле весело, он смеётся, он в восторге от шума и мелькания — и этого достаточно. Но подчас после таких шоу ребёнок приходит домой пустой, возбуждение заканчивается, и нечего вспомнить.

В современном мире малышам зачастую дают суррогат, адаптацию классики. Я считаю, что это кощунство. Сколько раз я брала диски для малышей, типа, «Классика — детям» и, прослушав, с ужасом обнаруживала, что Моцарт и Бетховен безбожно изуродованы, инструментованы и обрезаны «под малыша». Почему же мы такого низкого мнения о ребёнке?

Что Вы посоветуете родителям, как познакомить ребенка с классикой?

В раннем возрасте надо постоянно включать классическую музыку, пусть сначала фоном. Надо чтобы малыш привыкал к ней, а ведь это достаточно сложно, и не только детям, но и взрослым, — не просто слышать, а уметь слушать классику. И если в двухлетнем возрасте ребенок привыкает к музыке, это великое дело.

Вы член ассоциации музыкальных психологов и психотерапевтов, есть терапевтический эффект ваших концертов?

На концерты «Пикколо» приходят очень разные дети. Среди них встречаются гиперактивные и аутичные. Именно они меняются на концертах лектория стремительно, к удивлению и радости их родителей.

Аутичные дети, не склонные к контакту, после третьего посещения «Пикколо» вдруг раскрываются, начинают общаться, и это приносит им огромное удовольствие. Они включаются в заданный мной ритм музыки, слова, двигательной импровизации, изменяются, находясь в хорошем творческом состоянии. Гиперактивные — успокаиваются, движения их становятся более медленными, осмысленными.

А зажатый ребёнок может расслабиться, раскрыться. Забыв про всё на свете, он становится участником действия, главным героем!

А какова, так сказать, длительность терапевтического эффекта?

Социально неадаптированные дети, группируясь в маленькие оркестры и играя на музыкальных ударных инструментах, испытывают неописуемый восторг от того, что они взаимодействуют с другими. Когда ребёнок увлекается на сцене, то происходят чудеса. Музыка снимает барьеры, раскрепощает, освобождает, возвращает ребёнка к самому себе, делает его естественным и независимым. Главная задача родителей здесь – не довольствоваться малым, а не останавливаться на достигнутом, а двигаться вперёд.

Ваши планы на будущее.

Моя мечта — приглашать большее количество музыкантов на концерт. Дарить детям больше музыкальных подарков, делать красочные брошюры, заниматься сайтом. В конце концов, хотелось бы иметь больше времени, свободного от концертов, чтобы спокойно обдумывать новые программы, писать статьи, заниматься, репетировать. Хотелось бы найти спонсоров, партнеров, которые сотрудничали бы с «Пикколо», которые, может быть, могли бы организовать выезды «Пикколо» в дома малюток, а также поездки лектория по другим городам. А почему бы и не устраивать концерты за рубежом, в русскоязычных садиках Финляндии или Прибалтики? Но всё это очень нелегко и требует помощи.

С Ольгой Пикколо беседовал

Владислав Станкевичус

Добавить комментарий