You are here
Home > Театр > «Коробка третья, катушка пятая…»

«Коробка третья, катушка пятая…»

7 и 8 октября в рамках фестиваля «Балтийский дом» петербургской публике представили спектакль «Последняя лента Крэппа» литовского режиссера Оскараса Коршуноваса. Темная сцена, стол с горящей лампой, одинокий стул, большое количество спутанной аудио-пленки и один актер. Юозас Будрайтис сумел за один час наполнить себя и всех в зале тем смыслом и ощущением, которое заставляет «отделять зерно от шелухи» в своей жизни. Главный и единственный герой спектакля Крэпп совершает  ретроспективное путешествие в свое прошлое.

л4

Спектакль начинается довольно своеобразно: зрители еще не успели выяснить все свои дела и занять места в зале, как понемногу замечают  странного старичка весьма несвежего вида на ступенях сцены. Кашляя, издавая нечленораздельные звуки и пошатываясь, этот господин с большим трудом поднимается и начинает свою историю. Историю, поначалу как будто не новую, не наполненную, не глубокую. Но эти ошибочные суждения вскоре развеиваются.

Одинокий и пожилой мужчина, живущий в «берлоге», в темноте, в коробке своих разочарований, находит мимолетные, быстрые и неважные удовольствия в алкоголе, забытье и бананах. Все так, как часто и бывает. Фаст-фуд во всем: еда, кино, мысли, любовь. И все привычно. Но тут Крэпп (наш главный герой) натыкается на книгу своих старых записей: «Ко… коробка третья, кату… катушка пятая». Без каких-либо глубоких мыслей находит и нужную коробку, и нужную катушку. Проигрыватель. Кнопка включения. Голос. «Сегодня мне исполнилось 39 лет…», — звоночек из прошлого. И с легких и непринужденных нот голос на записи начинает «отделять зерно от шелухи». Зерно от шелухи. И все, что мы слышим, видим и ощущаем дальше – это зерно. Зерно в жизни главного героя, зерно в жизни каждого из нас. Это моменты, про которые говоришь «настоящие»; те, что заставляют все тело превращаться в душу; те самые, которые не забываются, а остаются на сердце горячим, обжигающим и не тлеющим следом.

л

Слушать запись становится невыносимо, кнопки «выключение» и «включение» чередуют друг друга. Пленка, на которую записана жизнь, окутывает ноги Крэппа. На столе энциклопедия, он смотрит значение слова «вдовство». «Вдовство́ — состояние или пребывание вдовца или вдовицы, не вступивших в брак послесмерти жены или после смерти мужа… Состояние или пребывание? Состояние или…». Зерно – это когда состояние и пребывание совпадают. Не все зависит от нас самих, но автор пьесы пытается донести и сказать, что, исключая шелуху из жизни, зерна становятся чище. Не знаю, поверил ли этому зритель, но кажется, что да. Наполненные слезами и еще чем-то глубоким глаза людей и нескончаемые аплодисменты – вот что стало итогом этого вечера, этого спектакля.

Никто не поспорит с тем, что играть моноспектакль – это колоссальная работа. Требуется уйма сил, эмоций и энергетики, чтобы удержать драгоценное внимание зрителей. Юозасу Будрайтису это удалось. Через призму театрального закулисья также отмечу невероятную речевую игру и технику. В самом начале спектакля не было слов. Были звуки, издаваемые актером, и при всем при этом ни разу не возникло вопроса: «Так, а что это он сейчас подразумевал?». Хотя один момент все же смущал: не всегда взаимодействие с реквизитом и кулисами выходило удачным. Но все это ушло далеко на второй план, потому как то, что было внутри и незримо, на самом деле прожигало глаза и приковывало к себе все внимание.

л3

Довольно необычное решение и в плане взаимодействия с залом. В самом начале герой видит всех нас, общается или игнорирует. А когда включается запись пленки и приливом наступает осознание каких-то важный вещей, актер «ставит» четвертую стену на сцене и уже продолжает существовать один в своем мире.

Приятно порадовал и тот факт, что режиссер и актер не ставили себе цель чему-то нас научить. Они просто дали нам зеркало и хорошенько его протерли. И каждый увидел ровно столько, сколько ему нужно было увидеть. Непроизвольно прорисовываются параллели с собственной жизнью. Понимание того, насколько на самом деле важны моменты и вещи, которым мы каждый свой день не придаем значения и так легко отказываемся от них. И от этого понимания становится жутко. Наверняка каждый зритель что-то принял, понял и захотел изменить. Но насколько хватит этого порыва? Если ты идешь на спектакль (а уж тем более на хороший), себя на изнанку нужно выворачивать, чтобы суметь впитать и сохранить то, что затронуло разум или душу.

В конце свет в зале полностью гаснет. И снова запись пленки. Запись воспоминаний самого важного момента в жизни героя. Снова и снова. Отрывок записи, повторяющийся третий раз за спектакль. Это все, что остается с нами. Остается даже тогда, когда уже насовсем «гаснет свет».

л2

«Коробка третья, катушка пятая». Запись жизни, запись главного. Единственное, что у нас на самом деле есть. Единственное, что стоит создавать, оберегать и хранить.

Зерно от шелухи. Зерно от шелухи. Зерно от шелухи.

Текст: Иванова Ольга

Фотографии предоставлены пресс-службой театра

comments powered by HyperComments