You are here
Home > Театр > И тут я почувствовал что-то вроде любви

И тут я почувствовал что-то вроде любви

 — Но что-то тебя в ней привлекло?

 — …спала аккуратно. Тихо так. Как гусеница.

С. Д. Довлатов, «Заповедник».

 Качественное зрелище, построенное на игре одного актёра, — товар, как известно, штучный. Именно поэтому так сложно описывать моноспектакли – если исполнителю достаёт мастерства, чтобы удерживать зрительское внимание в течение полутора часов, то он уже заслуживает уважение. Тем приятнее становится увидеть действительно качественную работу «солиста». Так получилось и со спектаклем «Заповедник» Вологодского камерного драматического театра, поставленным по повести Сергея Довлатова и показанным 4 октября в Туле.

т

Этой постановкой открылась неделя камерных драматических театров, организованная тульским КДТ в честь собственного пятнадцатилетия. Выбор первого спектакля для показа не случаен – вологжане давно планировали посетить Тулу, да и возраст юбиляров оказался весьма близок их коллективу – своё пятнадцатилетие они отпраздновали в начале сентября. Режиссёр коллектива Яков Рубин скромно определил получившуюся постановку как «плохой спектакль по хорошему автору».  Справедлива ли такая оценка? Попробуем определить.

т3Одноактный спектакль продолжительностью час двадцать разворачивался на очень маленькой сцене перед тремя десятками зрителей. Набор декораций оказался весьма скромным – антураж создавался при помощи деревянной рамы, похожей на оконную, только больше раза в полтора, да длинной верёвки, которой ещё предстояло сыграть свою основную роль. Неплохим проводником в мир творчества Довлатова послужила также и музыка – на протяжении добрых получаса перед началом спектакля звучала добрая, качественная эстрада послевоенного двадцатого века.

Главный герой вторгся на сцену, используя верёвку, как нить Ариадны; ритмы звучавшей музыки явно подбадривали его. Так мы и познакомились с Борисом Алихановым, работником пушкинского заповедника, роль которого блестяще исполнил Вячеслав Федотов.

Впрочем, справедливо ли ограничивать труд этого человека одним персонажем? На протяжении всего спектакля талант актёра воплощался в доброй дюжине характеров, будь то экскурсовод Нателла, безымянная бабулька-соседка или «голос свободы» Валера Марков. На смену образа работало всё – звуки речи, переходившие с нервического отрывистого меццо Танечки, жены Алимханова, к хриплому нутряному басу горького пьяницы Михал Иваныча, у которого главный герой снимал площадь и чья гармония сосредоточилась на дне бутылки; движения, плавно скользившие от размашистых телодвижений самого Бориса до кокетливых пассов и покачиваний бёдрами дамы-экскурсовода.

 — Аврора, — сказала она, протягивая липкую руку.
— А я, — говорю, — танкер Дербент.
Девушка не обиделась.
— Над моим именем все смеются. Я привыкла… А вы красный!
— Уверяю вас, это только снаружи. Внутри я – конституционный демократ.

т2Сам Яков Рубин затруднился дать точную характеристику жанровой принадлежности спектакля. По его словам, каждый решает сам для себя, какой из аспектов произведения является ключевым – комедийный или драматический. Многое из показанного выдержано в сатирическом стиле, начиная от диалогов персонажей «под мухой», сохраняющих лучшие традиции эмигрантской прозы Довлатова, и заканчивая самим антуражем пушкинского заповедника, заставляющим вспомнить все лучшие образцы откровенной иронии над показной советчиной, будь то творчество Ерофеева или других поздних авторов-семидесятников. Несмотря на декорации откровенно неполиткорректного стёба, сам сюжет заставляет серьёзно задуматься, ведь в центре повествования – проблема взаимодействия писателя и творчества, помноженная на характерную для Довлатова тему эмиграции и конфликта между автором и окружающим его обществом. Этот сквозной аспект позволяет легко провести параллели между вопросами, которые ставит «Заповедник», и аналогичной проблематикой, поднятой в произведении «Таинственная страсть» Василия Аксёнова.

Напоследок стоит упомянуть о том, что постановка пестрит цитатами, которые намертво врезаются в память и рискуют остаться там на весьма продолжительный срок. Это и пассажи самого Алиханова («Выпейте «Агдама» и успокойтесь. Я хочу здесь отдохнуть и поработать. Опасности для вас не представляю»), и впечатляющие характеристики Михаила Иваныча («Евреи жили… Худого не скажу, люди культурные… Ни тебе политуры, ни одеколона. Только белое, красное и пиво»), и «радиопередачи» Валеры Маркова («Руки прочь от Вьетнама и Камбоджи! Граница на замке! Карацупа не дремлет!»), и даже резкие реплики майора Беляева («Задавай вопросы – чётко, по-военному. Зачем, Беляев, ты меня пригласил? И я тебе отвечу – чётко, по-военному»). Конечно, производимый репликами персонажей эффект во многом произрастает из качества исходного материала, но именно игра Вячеслава Федотова позволяет им стать разорвавшейся перед глазами зрителя бомбой.

т4

Московские зрители смогут увидеть этот спектакль 4 ноября на IVтеатральном фестивале молодёжных театров «Московская обочина». Яков Рубин и Вячеслав Федотов посетят второй день фестиваля в культурном центре эстетического и творческого развития детей и юношества «Стиль», расположенном в доме 23 на Библиотечной улице (м. «Римская» и «Площадь Ильича»).

Текст: Игорь Тархов

Фотографии предоставлены пресс-службой театра

 

comments powered by HyperComments