25 декабря на Малой сцене театра Мастерская состоялся предпоказ спектакля «Пастернак» Романа Габриа. Это нежная, красивая и очень печальная история о поэте (1890-1960) и той, которая любила и верила в него, даже когда все отвернулись. Ольга Ивинская (1912-1995) пережила возлюбленного на 35 лет, два раза сидела из-за него и его гения в лагерях (в общей сложности восемь лет), в результате пыток потеряла ребёнка. И это даже нельзя назвать «Дневник его жены», потому что официальной женой Бориса Пастернака она никогда не была, только «товарищем», музой, подругой, прототипом Лары из рокового, сломавшего жизнь обоим, романа «Доктор Живаго».
«…В моей молодости не было одной, единственной Лары. Лара моей молодости – это общий опыт. Но Лара моей старости вписана в мое сердце ее кровью и ее тюрьмой…».
В спектакле нет ни тягот тюремного заключения, ни избиений и издевательств многочасовых допросов. Это светлое повествование о людях (Никита Капралов, Арина Лыкова), любящих вопреки досужим толкам и заголовкам газет. Мы видим дачу в Переделкино, герань на окне, видим, что на улице светит солнце, всё здесь дышит миром и покоем (художник Софья Габриа).
Снег идёт, снег идёт.
К белым звёздочкам в буране
Тянутся цветы герани
Сквозь оконный переплёт.
Номенклатурные писатели (Алексей Ведерников, Алексей Мацепура, Василий Щипицын, Андрей Гаврюшкин, Мария Русских, Михаил Вершков) кто из-за страха, кто по велению сердца распекают Пастернака за его роман, его «антисоветчицу» и Нобелевскую премию на враждебном Западе. Звучат знакомые реплики: Нобелевского лауреата предлагают выслать из страны, лишить гражданства и гонораров (и при этом осуждающие коллеги тайком читают его стихи и плачут над ними). В 1958 года поэта исключили из Союза писателей, лишили его средств к существованию, а через два года он умер. На экране показывают запись похорон (её родственники купили за огромные деньги у вдовы соседа Пастернака по писательскому дому, читала на Arzamas).
«Пастернак» — спектакль о трагической роли тонко чувствующего человека, который не может не говорить о том, что важно. Пастернак здесь уже высечен в мраморе, словно памятник самому себе, словно антипод Ильичу, стоящему с правого края сцены. Язык этого спектакля поэтичен и печален, и слова: «Пиши, пока не запретили», хочется запомнить.
Когда готовилась к спектаклю, читала стихотворения и слушала подкасты. В частности в подкасте «Между строк» разбирали стихотворение «Ночь» и сравнивали путь пилота и поэта. Ошибка равняется смерти, но можно хотя бы на одно мгновение коснуться небес.
Не спи, не спи, художник,
Не предавайся сну.
Ты вечности заложник
У времени в плену.
Текст: Алла Игнатенко
Фото театра