You are here
Home > Кино > Петербургская пресс-конференция с создателями «Дуэлянта»

Петербургская пресс-конференция с создателями «Дуэлянта»

23 сентября состоялся пресс-показ «Дуэлянта». В честь этого, в «Формулу кино Галерея» прибыла часть съемочной группы. Исполнитель главной роли Пётр Федоров, продюсер Александр Роднянский, режиссер и сценарист Алексей Мизгирёв, а также актер Юрий Колокольников отвечали журналистам на вопросы и делились впечатлениями о съемках.

— Это третий российский фильм в формате IMAX, вы специально стремились к показу в этом формате и в чем его преимущество? В чем заключалась сверхзадача?

Александр Роднянский: IMAX это не более чем инструмент, важный как и современная киносъемочная техника, качественный звук. Главное в кино, на наш взгляд, это полноценная содержательная и эмоциональная история, позволившая зрителю пережить её. Кинематограф был рожден как опыт коллективного переживания в зале. Нам очень не хочется прощаться с кинематографом как с площадкой полноценного художественного и содержательного высказывания. С другой стороны, мы современные люди, понимающие как прихотливо складываются способы восприятия визуального контента. На сегодняшний день, большой экран это не более чем одна из возможных альтернатив времяпрепровождения. И чтобы люди пришли в кинотеатр, купили билеты и посмотрели фильм на большом экране, а не удовлетворились просмотром на малом экране, нужно нечто дополнительное — мощное визуальное впечатление. Все то, ради чего и развивается технологическая сторона современного кинематографа, в том числе и  большой экран или дополнительная реальность, в будущем. Но они никоим образом не являются инструментами влияющими на главное в кино – содержательность и полноценность того эмоционального мира, создание которого — это задача, стоящая перед актерами, режиссерами, сценаристами и т.д. Другой задачи не было.

— Петербург того времени, насколько точно вы его восстанавливали или позволяли себе фантазию?

Алексей Мизигрев: Я прошел большой путь в своих взаимоотношениях с Санкт-Петербургом. Это было мое отдельное путешествие. С самого начала мы понимали, что фильм у нас жанровый, хотя и наполнен историей весьма драматичной, со сложными парадоксальными характерами. Мы долго искали визуальное решение картины. Мы понимали, что это история большого города, в котором собрано большое количество силы, денег, энергии, разнообразных людей, языков, где перемешан верх и низ, где есть золото и грязь. Мы стали искать то, что в Петербурге могло бы работать на выражение этой идеи. Мы самого начала мы понимали что входим в зону, в которой не будет ничего декорационного, в том числе и взаимоотношения между людьми. Костюмы даже пропитаны пистолетным выхлопом. Использовали реальные вещи из XIX века, особенно оружие. Юра и Петя в сцене, где стреляли друг в друга, находились достаточно близко и в опасной зоне относительно стрельбы. У холостых пистолетах тоже есть выхлоп. Конечно мы заботились о безопасности, но в итоге они стояли на расстоянии в три метра и шарахали друг в друга, не потому что я террорист и решил убить этих артистов, я их люблю.

Я для себя сформулировал, что мы делаем мир того времени (например, мосты того времени), которые были бы построены, если бы у строителей было больше бюджета. Мы не шли в сторону фэнтези, мы, конечно, рассуждали о стимпанке и прочих решениях, но я понимал, что артисты существуют в психологически достоверной форме. Они – живые люди, и погрузить их в неживое и придуманное фэнтези пространство было бы неправильно и уничтожило бы всю картину. Поэтому мы стали добавлять городу детали, которые могли бы в нем быть, если бы у города был удвоенный бюджет. Весь предметный мир – это все подлинные вещи из XIX века. Мы хотели, чтобы город не был декоративным, но при этом впечатляюще мощным, и мне кажется, что это какой-то новый взгляд на Санкт-Петербург. Надеюсь, мы привнесли новый взгляд на город, уважая и любя его.

Почему в наше бездуховное время, вам вдруг захотелось снимать фильм о чести и достоинстве? И почему честь и достоинство именно через дворянство? Как вам было играть честь и достоинство в наше время?

Алексей Мизгирев: Идея фильма пришла случайно, когда я по воле обстоятельств знакомился с текстом дуэльного кодекса. Подробнейшая инструкция как заходить в дуэль, правила и так далее. Один из пунктов «возможна замена», я не знал, как и большинство людей. В этот момент сложилась вся идея. Раз замена, значит есть чужой человек в этой ситуации. Поскольку мы в рамках гуманистической русской традиции, то он должен страдать, не должен быть негодяем. По сути, эта история киллера XIX века, но он не стреляет исподтишка. У купцов не было понятия чести, она приписывалась исключительно дворянскому сословию. Это было мощное понятие, которое определяло жизнь человека и в этом смысле хотелось уйти от этих штампов дворянина, благородного человека. Артистам я не говорил «давайте ребят играть осанку», мы занимались совсем другими вещами -вопросами личности человека и его борьбы за эту собственную личность.

Пётр Федоров: В наше бездуховное, беспринципное время мне было довольно сложно играть такого человека, как беспринципному актеришке…

Юрий Колольников: Еще более беспринципному.

Пётр Федоров: Еще Юрий Колокольников с трудом справился с задачей.

Юрий Колольников: Ну я то духовный очень.

Пётр Федоров: На самом деле это вопрос мотивации, я надеюсь время не такое потерянное. Могу сказать что Алексей Мизгерев пригласил нас в мир беспринципных людей, и это очень интересно. Принцип/не принцип вопрос ситуации. Мы, такие рафинированные люди, хотели оказаться в первобытной зоне. Говорить о том, кто ты такой, наверное очень правильно, про это и фильм. Я бы тоже хотел узнать, кто я такой по жизни. Я вообще бы хотел быть самим собой, Петром. Поэтому тема такая крутая, мы пошли из этого беспринципного мира в еще более беспринципный мир. Мы хотели обрести себя, играть было интересно. Нормально было играть, тем более что за нас делали почти всю работу, большое количество специалистов. Не надо играть костюм, не надо демонизировать образ, невероятные декорации. В любом случае мы актеры, наш инструмент — это мы сами и наша фантазия. Момент ради которого мы живем — пытаемся попасть в другой мир, для актера это особенно ценно. Это глубокий трип, честь и хвала всем людям, которые работали над картиной.

Юрий Колокольников: Я подписываюсь под каждым словом.

— Юрий, вы, известно, снимались на Западе, какая разница между теми съемками и этими?

Юрий Колокольников: Не в первый раз отвечаю на этот вопрос. Разницы нет никакой. Потому что механизм съемочного процесса везде одинаковый. Здесь, в Китае или на Западе. Он правда везде одинаковый

Пётр Федоров: У нас он просто более лучше.

Юрий Колокольников: Зависит от комплекса вещей, сценария, бюджета, творческой группы. Сейчас группы стали очень интернациональные, все работают из разных стран. Мне часто задают этот вопрос и … ну нет разницы никакой. Вот этот проект, хотя я был на съемках всего 4 дня, принес радость и удовольствие, чувствовалась такая…мощь. Я не видел картины, с предвкушением жду, когда все уйдут отсюда и я пойду в зал.

— Есть некоторая отсылка к графу Монте Кристо? Победитель получившую женщину и деньги, он получает то за чем пришел в эту клоаку? Город показался слишком компьютерным и мрачным. То что я вижу на экране это не Петербург, это клоака.

Пётр Федоров: Во-первых, большое вам спасибо за ваше глубокое эмоциональное впечатление и точный анализ. В принципе, слово «клоака» довольно красивое. Мне всегда казалось что слово «вантус» это что-то из французского. Учитывая, что мы все находимся в рядах интеллигенции, мы в праве провести лингвистический анализ этих образов. Мне кажется, что Петербург это не клоака, тут просто всегда плохая погода. Во-вторых, замечательно что вы работаете и двигаете наше кино вперед. Русский экран это газета, а для нас это наша жизнь. Для нас нет ничего кроме русского экрана, мы за это боремся. Я считаю что русский экран действительно расцвел, приобретя такой воина как Алексей Мизгирев под руководством Александра Роднянского. «Дуэлянт» такая картина, которая даст вероятность еще нескольких подобных клоак. Если в ближайшие десять лет появятся еще пару таких клоак, я буду рад, а если еще позовут на эпизод, то буду благодарен, даже за бесплатно. А что касается Монте Кристо, то тут вы верно подметили. Наша история рассказана языком разных жанров, в том числе жанр Монте Кристо, который в принципе не только его. История отвергнутого человека, история унижения, мне кажется, это наш код. Рабский империализм — это то, что связывает всех сидящих в этом зале. У нас брутальная страна, мы не можем проводить гей-парады, не то чтобы я за или против.

Алексей Мизгирев: Журналисты напишут, что Федоров приехал пропагандировать гей-парады в клоаке.

Победитель получившую женщину и деньги, он получает то за чем пришел в эту клоаку?

Петр Федоров: У моего героя благодаря таланту Алексея Мизгирева, не было такой реплики, с которой потрясающе справился Том Харди в фильме «Выживший», когда весь смысл фильма заключается во фразе умирающего чувака «ну что, ты доволен?». Мы хотели быть тоньше, я не уверен что человек может быть доволен кровью, мой герой говорит я не люблю дуэли. Каждый из нас это Яковлев, поэтому ответ на этот вопрос я предоставляю самому зрителю.

Алексей Мизгирев: Город у нас не нарисованный, он настоящий. Мы лишь добавляли элементы компьютерной графики и вы даже не все их считываете, не понимаете где они есть. Мы стремились к реализму, это совсем не комикс.

 

Автор: Бариева Лилия

Фотографии предоставлены WDSSPR

comments powered by HyperComments