You are here
Home > Театр > Сказ о красной девице в царстве сумрачном

Сказ о красной девице в царстве сумрачном

Вчера в БДТ объявил официально закрытие 98-го театрального сезона, за две недели до которого состоялась очередная премьера – художественный руководитель театра Андрей Могучий поставил «Грозу» Н.А. Островского. Полностью сохранив текст русского классика, режиссер сумел создать самобытную и удивительно цельную постановку в духе неофолка.

Современное общество немыслимо без ключевых слов и хэштегов. Решетка и следующий за ней неразделимый набор слов – вот пароль к поиску искомого. Безусловно, за всякой универсальностью стоит обобщение. Решетка символично напоминает нам об ограниченности нашего выбора, о сетке шаблонов. Пьеса Н.А. Островского «Гроза», как и большинство программных сочинений русских классиков, изначально ассоциируется с рядом литературно-критических штампов, определяющих ее восприятие.

Processed with VSCO with g3 preset
Processed with VSCO with g3 preset

Постановка «Грозы» Андрея Могучего успешно перерабатывает эти самые шаблоны и штампы. Ключевыми для Могучего становятся не идейные, а пространственные, изобразительные и музыкальные образы. Противопоставление добра и зла, истинной человечности с устоявшимся жизненным (политическим) укладом выражается на уровне цветового решения. #Луч-света-в_темном_царстве вот тэг, способный описать визуализацию постановки в исполнении художника Веры Мартынов. Коробка сцены стилизована под крышку палехской лакированной шкатулки, где доминирует черный цвет фона, с которым сливаются большинство героев, а основными цветовыми пятнами являются красный и золотой. То же наблюдается и в решении костюмов в исполнении Светланы Грибановой, стилизовавшей традиционные силуэты в духе футуристов и облачив всех персонажей, за исключением Катерины – девицы в красном – во все черное.

В качестве небольшого отступления стоит сказать, что Палехская миниатюра – явление XX века, народный промысел, берущий свои корни в традициях древней иконописи. Направление оформилось в послереволюционный период, явившись реакцией на идеологическое переустройство в стране. Палех – искусство авторское, основанное на традиционной иконописной технологии. Андрей Могучий, подобно палехским мастерам, опирается на традицию, но интерпретирует ее в контексте требований современной реальности. Его мифологическое сознание требует параллелей с памятниками искусства и культуры, но в их адаптированных, авторских формах.

Шкатулка, вертеп, кукольный дом – вот первые ассоциации, которые рождает организация сценического пространства. В мизансценах просматривается принцип симметричности, актеров выкатывают на фурках, точно кукол, смена картин обозначается переменой раздвижных занавесов, расписанных орнаментом или изображениями «жития» героев. Основной занавес «Житие Катерины» в исполнении художника Светланы Короленко повторяет в своей композиции эскиз симультанной декорации к средневековой валансьенской мистерии. Историческая реплика, переосмысленная в стиле традиционной русской культуры, хоть и не столь очевидна, но театральному человеку понятная если не буквально, то, как минимум, на подсознательном уровне.

14

Многоуровневость устройства мира – характерная для вертепного театра структурная особенность – выражается в том, что «земные» персонажи действуют в пределах сценической площадки, сверху ограниченной черной тканью предгрозового неба. Мистические персонажи – птицы и Барыня заходят на сцену по подиуму, вынесенному в зрительный зал. Подиум одновременно является олицетворением последнего пути Катерины, уровнем перехода в потусторонний мир. Подиум не впервые появляется в постановках А. Могучего. В «Петербурге» он был использован в качестве основной игровой площадки. В «Грозе» он задействован всего несколько раз для выходов персонажей. Однако его присутствие символично: переправа в «тот» мир – это одновременно и мост, связующий сцену и зрительный зал – пространство воображаемого и реального.

Спектакль насыщен мифологическими ассоциациями. Три персонажа, обозначенные как Городские жители или ласточки (Виктор Княжев/Егор Медведев, Евгений Славский, Ольга Ванькова) скорее напоминают своим обликом птицу Сирин или Гамаюн – райскую птицу, знающую о происхождении всего и вся, поющую о счастье – предвестницу вечного блаженства или смерти. Они лишены дара человеческой речи, облачены во все черное и на протяжении всего действия остаются безмолвными наблюдателями происходящего, примостившись на высоких стульях по бокам рампы. Лишь несколько раз они выходят на середину сцены, разыгрывая небольшие интермедии, намекающие на происходящее в спектакле.

Противопоставление #народное_авторское, упомянутое в связи со сценическим оформлением спектакля, прослеживается и в музыкально-ритмической составляющей «Грозы». Александр Маноцков показал артистам как прозаический текст можно прочитать в ритмах русского фольклора, и этот прием был взят за основу для формирования образов второстепенных персонажей. Особенно отчетливо он прослеживается в интонациях Кулигина (Анатолий Петров) и Вани Кудряша (Василий Реутов). В финале спектакля ритм их речи перенимает Тихон (Алексей Винников), когда повествует в последнем длинном монологе о судьбе своей и Катерины. Периодически подхватывают народные интонации Дикой (Сергей Лосев) и Кабаниха (Марина Игнатова).

15

Лейтмотивом хрестоматийной пьесы стала хрестоматийная мелодия песни «Калинка». И опять ложно воспринимаемая как народная, эта песня, является авторской стилизацией под традиционное русское творчество. Примечательно то, что на протяжении более, чем половины спектакля всплывают только первые ноты песни, первый вздох хора, замирающий на пол-ноте, оставляя зрителя в замешательстве, не обознался ли он. Песня раскатывается по сцене лишь после судьбоносного свидания Катерины и Бориса Григорьевича в саду. И тут все становится понятно. Песня музыкально-поэтически дублирует историю влюбленных.

Партия Бориса Григорьевича стоит особняком от основной музыкальной стилистики спектакля. Борис Григорьевич – Александр Кузнецов – драматический тенор, лирический герой не только по сути, но и по способу коммуникации с окружающим миром. Партия возлюбленного Катерины единственная была полностью записана композитором Александром Маноцковым и разучивалась певцом по нотам. Хотя племянник Дикого так и остался в стороне от света, который пронесла сквозь свою жизнь Катерина, но он так же как и она – #другой. Он – молодой, #порядочно_образованный человек, приехавший из Москвы, устроен иначе. Он склонен говорить оперным речитативом. Однако благодаря использованному приему, Борис Григорьевич непреодолимо отстранен от Катерины. Режиссер и композитор изобретательно подчеркнули извечную проблему расслоенности общества, где каждый пласт живет по своим особым негласным законам, которые не зависимы от общности государственного строя и миропорядка.

«Гроза» – спектакль, требующий длительного осмысления, ассоциативно наполненный, культурно богатый и неоднородный. Он – исключение из правил, но он по-своему системен. И среди ключевых слов пониманию его сути можно перечислить следующие понятия: #авторский #народный, #фольклор, #опера, #сказ, #драма, #свет, #тьма, #страдание, #блаженство.

Текст: Ольга Чепурова

Фотографии из открутого доступа

comments powered by HyperComments