You are here
Home > Литературные заметки > Рецензии на книги > Политическое искусство Оруэлла или «1984»

Политическое искусство Оруэлла или «1984»

«Последние десять лет я больше всего хотел превратить политические писания в искусство»

Джордж Оруэлл 1946 г.

И вот, через три года после этих слов, Оруэлл выпускает свою самую знаменитую книгу, роман-антиутопию «1984» (кстати, читается как «тысяча девятьсот восемьдесят четвертый»), которая, вслед за «Скотным двором» (политическая сказка не для детей, которую я настоятельно рекомендую прочесть прежде, чем браться за «1984»), дополняет и завершает основную цель писателя — показать людям ужас ущемления свободы человека, господствующий в странах с тоталитарным режимом власти. В интернете даже ходили шутки типа: «Если вы не читали Оруэлла и Кафку — не беда. Теперь нечто подобное пишут в обычных новостях». Это книга, которая держит читателя в оцепенении вплоть до последней страницы и поражает множеством совпадений с реальными событиями, вызывая тревожные чувства за будущее, ведь каждая власть стремится удержать свое главенство любой ценой. Такова антиутопия Оруэлла: честная, сильная и беспощадная оппозиция деспотизму. Attention! Читать аккуратно: Большой Брат никогда не спит. Он постоянно следит за тобой!

Главным героем романа является Уинстон Смит, государственный служащий в Министерстве Правды, которое занимается переписыванием истории в угоду государственным интересам. Внешне он ведет жизнь примерного гражданина, исполняющего все предписания правящей партии, тогда как внутри него давно блуждают оппозиционные настроения. Он всеми фибрами своей души ненавидит Большого Брата и политический режим, установленный им, но тщательно скрывает это. Оруэлл неслучайно делает именно его блуждающим огоньком во тьме и надеждой на спасение, ведь Смит работает с фактами, а, значит, невольно замечает несоответствие событий вчерашних с сегодняшними. Девушка Джулия, с которой Уинстон делит не только постель, но и убеждения, тоже логично вписывается в категорию инакомыслящих, так как работает там же, только в отделе литературы, что говорит об её умении анализировать происходящее вокруг. Не особо вдаваясь в сюжет, хочется сказать, что, в основном, действие крутится вокруг них (с поправкой на значимость О’Брайена, к которому герои обращаются для того, чтобы вступить в подпольное братство, которое поставило для себя целью свергнуть нынешнюю власть). Куда интересней дело обстоит с анализом самого произведения.

Книга «1984», как упоминалось выше, имеет множество аллюзий на исторические явления. Многим известно, что автор ненавидел репрессивный Советский Союз при Сталине, а потому намек на ситуацию в СССР виден невооруженным глазом (Оруэлл использует еще более очевидные аллегории в «Скотном дворе»). Так, Сталин — это прообраз Большого Брата (даже изображается как мужчина «лет сорока пяти, с густыми черными усами»), Лев Троцкий – Эммануэля Голдстейна, лидера оппозиционного движения («сухое еврейское лицо в ореоле темных седых волос»), Павлик Морозов (который написал донос на своих родителей по партийным убеждениям), скорее всего, прообраз для детей Парсонов. Практически все: от пресловутого «товарищ» до джина «Победа», «новояза» (любимые сокращения типа «нарком», «обком») и абсурдных лозунгов (к примеру, «долой разруху») напоминает нам реалии советской жизни того периода (мы о Сталинском). Ярчайшим доказательством сходства можно считать и то, что книгу запретили в СССР, а самого писателя назвали «автором гнуснейшей книги о Советском Союзе».

Основной конфликт «1984» — противостояние интересов личности и государства, в котором второе берет верх. Тоталитарная власть под обёрткой красивых слоганов вершит тиранию и доминирует над каждой сферой жизни граждан, не давая им права на самостоятельные решения. Знаменитое выражение, являющееся олицетворением критического мышления и здравого смысла: «Свобода — это возможность сказать, что дважды два — четыре»,- в условиях мира Оруэлла обжигает леденящим ужасом за будущее такой страны. Ведь самое важное, что хочет сказать, наверное, любая антиутопия: «Во всем виновато общество». Власть беспринципна и ужасна, но ее создают и допускают граждане. Она живет в головах людей, которые неспособны выйти на баррикады и низвергнуть тоталитарный строй. Пролы (сокращенно от «пролетариат») описываются Оруэллом уничижительно, как бесхарактерные, примитивные животные, которым, в общем-то, не нужны свобода и равенство:

«Они рождаются, растут в грязи, в двенадцать лет начинают работать, переживают короткий период физического расцвета и сексуальности, в двадцать лет женятся, в тридцать уже немолоды, к шестидесяти обычно умирают. Тяжелый физический труд, заботы о доме и детях, мелкие свары с соседями, кино, футбол, пиво и, главное, азартные игры — вот и все, что вмещается в их кругозор. Управлять ими несложно. Среди них всегда вращаются агенты полиции мыслей — выявляют и устраняют тех, кто мог бы стать опасным; но приобщить их к партийной идеологии не стремятся. Считается нежелательным, чтобы пролы испытывали большой интерес к политике. От них требуется лишь примитивный патриотизм — чтобы взывать к нему, когда идет речь об удлинении рабочего дня или о сокращении пайков. А если и овладевает ими недовольство — такое тоже бывало, — это недовольство ни к чему не ведет, ибо из-за отсутствия общих идей обращено оно только против мелких конкретных неприятностей.»

Инфантильность и полное безразличие граждан к своей судьбе ведет к тому, что у руля страны оказываются лица предприимчивые, смелые, но не всегда нравственные и честные, которые быстро закручивают гайки и не дают личности ни малейшего шанса на свободу. Поколения избранников перерастают в династии монархов, и угнетение народа может продолжаться сколько угодно, если только не придут те, чьи слова не расходятся с делом и кто сможет сплотить вокруг себя большую группу, а после повести её за собой. Но люди типа Уинстона Смита и Джулии находятся в одиночестве среди бесчисленных серых голов, интересующихся только первыми двумя ступеньками в пирамиде Маслоу: физиологическими потребностями и нуждой в безопасности. Этот шаблонный стиль мысли Оруэлл пытается высмеять, объяснив, что в тоталитарном строе не может быть никакой безопасности. «Почему же тогда все так за нее цепляются?»- резонно мог спросить автор, но даже царь Соломон не смог бы ответить ему на этот вопрос.

Читать эту книгу интересно, и что немаловажно, полезно. Язык автора простой и понятный (жанр его отземляет), наверное, тот, который он и хотел разработать, говоря о своей цели «превращения политических писаний в искусство». Каждая глава держит в напряжении, в каждой есть какая-то недосказанность, что заставляет переворачивать страницы снова и снова, чтобы, наконец, увидеть логичную развязку беспокойного повествования. А долгожданная развязка ожидает читателя только в самом конце, причем, она одновременно и удивительна, и банальна. Впрочем, как и наша жизнь. И я прошу хорошо подумать читателя над тем, что, возможно, зря он прочитал эту статью, ведь, может быть, прямо сейчас Большой Брат, довольно потирая руки, выключает свой телеэкран и идет карать его властной рукой своего «правосудия».

Автор: Никита Мигулин

comments powered by HyperComments