You are here
Home > Театр > «Потеря равновесия»: мемуары подводника прозвучали на заводе

«Потеря равновесия»: мемуары подводника прозвучали на заводе

Офицера можно лишить очередного воинского звания, запретить сход на берег или объявить ему личный оргпериод ― пусть организуется. Все невзгоды офицер обязан переносить стойко и непоколебимо, особенно тот, что защищает морские рубежи севера под водой. Выхода нет, ведь ты законсервирован в железной капсуле на глубине 200 метров. Реальность флотской жизни рассказана в мемуарах писателя и подводника Александра Покровского. Андрей Гогун совместно с Владимиром Силаковым оживил рассказы для театральной постановки «Потеря равновесия».

Потеря_равновесия-7344.jpg_3 (1)

Театр вышел из репертуарных афиш и гордо шагает по окраинам Санкт-Петербурга: с 21 августа по 6 сентября в городе проходит фестиваль в нетеатральных пространствах «Точка доступа: Театр в городе». Привлекший наибольшее внимание спектакль Андрея Гогуна «Потеря равновесия» показан зрителю в бассейне на заводе слоистых пластиков. В заброшенных цехах завода ныне располагается Музей стрит-арта. Антураж музея хорошо дополняет колорит спектакля, граффити моряков никто специально не рисовал, но ободранные стены, ремонтные мастерские и каптерки указывают на бывший здесь некогда быт простых работяг. Это был первый показ спектакля в таком пространстве. Историю из жизни подводников можно увидеть с 25 августа по 6 сентября в индустриальной атмосфере завода.

В 2012 году на фестивале ON.ТЕАТР спектакль получил награду «Лучший дуэт режиссера и драматурга» тогда режиссер Андрей Гогун и драматург Владимир Силаков, написавший инсценировку к мемуарам Покровского, впервые представили «Потерю равновесия». Вторая редакция спектакля состоялась уже после трагической смерти Владимира в 2014 году. Спектакль посвятили памяти Владимира Силакова.

Потеря_равновесия-7369.jpg_12От текстов Покровского веет какой-то грустной иронией, что подчеркивается японской тематикой. На лицах актеров нарисованы черно-белые маски сродни маскам ритуального театра Но, руки сложены на левом боку, готовые к бою. Восточный минимализм заявлен и в сценическом оформлении: задник в стиле суми-э монохромная живопись тушью, световое оформление представляет собой два три варианта фронтального прожектора, а звуковое оформление отсутствует напрочь. Только песни самих артистов. Самой главной составляющей декорации является бассейн. Довольно прямолинейная идея, но от этого не менее оригинальная, полюбилась публике. Зрители на первых рядах с явным интересом укрывались полиэтиленом, который в течение спектакля защищал их от брызг.

Капитан третьего ранга Михайлов (Дмитрий Тимошенко), от которого идет повествование в спектакле, «консервировался» на службе более 10 лет. За время «маринования» у него было 12 автономок, во время которых можно было оценить все радости службы от товарищества до самоуправства. Герой ведет свою историю, почти все время находясь в бассейне, на нем нет ритуальной маски, зато есть китель и фуражка. Мокрые насквозь. Его истории делятся на речитативы и арии, как на части и главы. Он говорит остальные служивые поют на манер частушек и хоровых песнопений, вкладывая весь юмор спектакля в эти песни. Выходит, что поют о смешном, а говорят о грустном, но и юмор тут получается глубоким, ведь смеешься от нелепости офицерской службы, над абсурдом и глупостью, про устав и закон. Еще Покровский считал, что спастись на корабле можно только иронией: только успевай отвечать «есть», «слушаюсь», «будет сделано».

Дмитрий Тимошенко, получивший награду за «лучшую мужскую роль» в этом спектакле продолжает гордо нести это звание в новой редакции. Без надрывов и нажимов Дмитрий раскрывает своего персонажа моряка, мужа, отца, подводника, человека, которому все так осточертело на этом корабле, но не видящего жизни без него. Десять лет отдать службе это все равно, что отдать часть себя. Но за эти годы историй накопилось хоть отбавляй.

Потеря_равновесия-7374.jpg_14Форма спектакля предстала мокрой, но теплой. Зрители находились вокруг бассейна, в котором проходила жизнь героев от службы на корабле до домашних встреч. Персонажи заимствовали свои маски у театра Но, пантомимные сцены у пластического театра, элементы карикатуры у цирка, внеся разностилевые начала в драматический контекст, сдобрив это смачной долей нецензурных выражений. Для блюстителей чистого русского языка в искусстве постановка может показаться грубой, ведь моряки не стесняются в выражениях, особенно при обращении командующего к исполняющему. У Гогуна, как и у Покровского, мат используется активно, но своевременно.

На протяжении действия неволей ждешь, когда герой потеряет равновесие, плюхнется в воду, и на этом его история закончится. История человека, который упал и не поднялся. Однако, выдерживая все невзгоды службы стойко согласно японской философии, Михайлов продолжает свой грустно-веселый рассказ, и продолжается он до тех пор, пока не закончились истории из детства и не скрылись под водой лица товарищей.

Текст: Екатерина Приклонская
Фото предоставлены пресс-службой фестиваля

comments powered by HyperComments