You are here
Home > Без рубрики > Возлюбленные сестры: Шиллер и коварство любви

Возлюбленные сестры: Шиллер и коварство любви

Die-geliebten-Schwestern-DE-Poster02Бронебойная масса американской кинопродукции окончательно скрыла от внимания российского зрителя милое, интересное и качественное кино Старого Света. Восполнить пробел взялся фестиваль West Wind, на который прибыли 11 лучших современных фильмов Европы. Одной из премьер киносмотра стал фильм известного в Германии мастера детектива и триллера Доминика Графа.

Правда, на этот раз автор более 50 фильмов вспомнил о том, что еще он является профессором Международной Академии кино в Кельне и снял прекрасную историческую и романтическую картину под названием «Возлюбленные сестры» («Die geliebten Schwestern»). Фильм высоко оценили прежде всего в Германии, где он получил Кинопремию Баварии за лучшую операторскую работу и стал национальным соискателем «Оскара».

В основе картины лежит сложная, запутанная и драматичная история отношений молодого Фридриха Шиллера (Флориан Штеттер) и двух сестер — Шарлотты (Хенриетте Конфуриус) и Каролины (Ханна Херцшпрунг) фон Ленгефельд.

Обедневшее после смерти отца дворянское семейство живет на деньги мужа старшей дочери Каролины. Девушка рано вышла замуж по настоянию матери за богатого нелюбимого фон Бельвица (Андреас Пичман) и продолжает искать свое женское счастье, как и ее младшая незамужняя сестра.

Образованные, начитанные, миловидные фройляйн произвели на автора уже нашумевших «Разбойников» самое благоприятное впечатление. Восторженный юноша, уверенный подобно Достоевскому, что истинная красота спасет мир, не мог не привязаться к увлекающимся, живым и исполненным нежных чувств сестрицам. Между ними завязалась необычная дружба, тройственный союз, в котором все жаждали любви, но не знали, как поделить ее на троих.

015c8bf52ef6ae624f48a06f1ef043b08528dca2

«Детективное» прошлое Доминика Графа несомненно помогло ему в развитии несколько затянутого сюжета. Режиссер умело разворачивает интригу и вполне по правилам криминального жанра оставляет эмоциональный кульминационный всплеск «вскрытия нарыва» многолетних недовыясненных отношений на самый конец. Завязка вследствие этого получается скомканной, быстрый и схематичной, зато зритель с неиссякаемым интересом прослеживает всю, отнюдь не короткую, историю.

Одним из действующих лиц фильма можно назвать время, создающее удивительно точный фон и вторящее развитию сюжета. Поначалу, когда дружба двух сестер и неожиданное чудесное знакомство с поэтом — гением еще не омрачены подозрительностью и мучительной ревностью, их жизненный фон также безмятежен. Бурное кипение страстей героев совпадает по времени с Великой французской революцией, которая не только метафорично, но и вполне реально воздействует на умы и поведение всех участников драмы.

Скрупулезное воссоздание атмосферы предреволюционной Европы является особой удачей режиссера. На глазах рушится не просто старинное понимание мироустройства, но и традиционное восприятие добра и зла. Исчезает зависимость от условностей, происходит переоценка представлений о моральной свободе личности. Становится очевидной сама возможность возникновения в прежде глубоко клерикальном сознании странного любовного триумвирата. Не менее показательно и маловероятное в недалеком прошлом согласие доброй, но расчетливой мамаши девушек (Клаудия Месснер) на непрактичный брак ее младшей с бедным и опальным поэтом.

Die-geliebten-Schwestern-

Из этих же неспокойных времен «ветра перемен» растут ноги европейского феминизма, яркой представительницей коего стала Каролина — независимая, курящая дама, даже в браке живущая исключительно согласно своему разумению. Мятущаяся, творческая натура, она явственно ищет счастья не только в любви, но и в возможности самовыражения, самостоятельного управления собственной жизнью. Именно с ее легкой руки возникла эта непростая любовь — дружба втроем, которая, в конце концов, оказалась не по плечу даже свободомыслящему поэту. Шиллер предпочел бюргерски привычное существование с тихой Шарлоттой и кучей детишек.

Заинтересованный российский зритель непременно подумает о том, что до нас подобные веяния дошли, как обычно, более века спустя и вторглись в нашу жизнь уже вместе с русской революцией, не менее сокрушительной, чем французская. Декаданс, эмансипация, тройственные союзы (Маяковскоий — Брики, Гиппиус, Мережковский и Философов), сомнительная свобода всех от всего.

К практическому созданию временного фона и пасторальной красоты Германии XVIII века приложил руку талантливый оператор Михаэль Висвег. Его камера воистину творит чудеса ландшафтной и портретной живописи. Великолепная работа со светом позволяет физически прочувствовать как серую стылость каменных жилищ, сырых европейских зим, так и неповторимую пастельную прелесть ухоженных немецких пастбищ, ласковое тепло нежаркого лета.

Свет ненавязчиво подыгрывает героям, для каждого из которых оператор вывел определенную колористику. Мягкий бежевый свет придает домашности характеру матушки — наседки (отличная работа австрийской актрисы Клаудии Месснер). Сестры внешне очень похожи друг на друга. Робкая задумчивая красавица Лотта всегда немного в тени, бойкую красоту строптивой Лины оператор видит в ее огромных, с холодноватым взглядом, голубых глазах. Порхающий идеалист Шиллер окружен светлым ореолом. В черно — белых тонах подан муж Каролины Фридрих фон Бельвиц, фигура неоднозначная. Богатый, симпатичный, улыбчивый, он лишь на словах не любящей его Лины является злодеем. На деле фон Бельвиц содержит всю семью, состоит в прекрасных отношениях с ее сестрой и матерью, да и непутевой жене позволяет чересчур многое.

163235.jpg-r_640_600-b_1_D6D6D6-f_jpg-q_x-xxyxx

Доминик Граф создал картину с настоящим немецким характером, которому присущи раскованность отношений, одновременная сексуальная строгость и непринужденность, естественная физиологичность бытия, немалая доза сентиментализма и вечная потребность романтизировать действительность. Так, исторически встреча сестер с поэтом произошла благодаря приятелю Шиллера Вильгельму фон Вольцогену (Рональд Церфельд).Режиссер отвел этому персонажу несколько иную роль — свидетеля и живописателя событий французской революции. Момент знакомства Лотты и Шиллера мастер одел в венок пленительной случайности, чем придал ему схожесть с очаровательной миниатюрой неизвестного художника XVIII столетия.

Не обошлось и без упоминания замечательных отношений Гете и Шарлотты фон Штайн, крестной матери Лотты фон Ленгефельд. Однако немецкое «наше все» показан лишь мельком. По видимому, автор фильма справедливо считает, что эта история, как и сама личность великого поэта Германии, заслуживают отдельного рассказа.

Текст: Дарья Евдочук

34dccf541e2934388354ba0fd275d8ca1ef32164

comments powered by HyperComments